Удивительный случай

Автор: Сергий Мартусов


Саратов, середина лета , зной,

Асфальт кипит, покрытый тонким слоем.

И тает по-тихонечку под зноем,

Пока не станет вязкою смолой.



Вздыхает тяжело старинный город,

Он лёгкие почти, что надорвал.

Когда был молодым - скрывали горы,

Теперь вокруг сплошной карьерный вал.



А солнце раскалёнными лучами,

Глумилось в тот момент над москвичами,

Которые глотали тяжкий смог,

В тот год Саратов тоже занемог.



Казалось, как-же так, ведь Волга рядом,

Края её едва окинешь взглядом.

Но грязная и мутная вода,

Сама была жива едва - едва.



Для горожанина был только пляж спасенье,

Уже не ждут субботы с воскресеньем.

С утра на катер очередь стоит.

Кто помоложе, по мосту бежит.



Центральный пляж среди реки как раз,

От зноя только он спасает нас.

Но о другом сегодня я вещаю,

Прочтите, я интригу обещаю...





П



В тот знойный год на Юг я не поехал,

Жара достала, было не до смеха.

Зачем её искать в Крыму, в Сочах,

Когда она сидит в родных местах.



Я приглашен в Саратов, на турбазу,

Директор - однокашник, скажем сразу.

Во дни учёбы был он туповат,

Зато сейчас известен и богат.



Три дня я на турбазе отрывался,

Гулял, нырял, на катерах катался.

Там грязь моя московская сошла,

И вялость неприятная ушла.



И вот, на пятый день решил с утра,

Разведать я цивильные места.

На пляж, на городской хотел взглянуть,

Немного от турбазы отдохнуть.



Речной трамвай забит был до отказа,

Поскрипывая, курс держал до пляжа.

Я на корме, на лавочку присел,

Но тут, вдруг, разыгрался беспредел.



Подходят пять здоровых мужиков,

Сгоняют с мест народ без лишних слов.

Безмолвно уступают им сиденье,

Лишь дед промямлил:- Что за поколенье?



Всем остальным пришлось ретироваться,

Никто не стал на грубость нарываться.

До пляжа плыть минут пятнадцать было,

На палубе, вдруг, стало так уныло.



Тем временем мужчины оголились,

В качков могучих тут же превратились.

Сначала развлекались меж собой,

Поигрывая мощною мышцой.



Я был, конечно, тоже возмущен,

В то время, даже властью наделен.

Удостоверенье прокурорское носил,

В конце-концов его и предъявил.



Они на миг смеяться перестали,

И документ мой молча изучали.

Признаться, меня мощно колотило,

Людская масса лишь придала силы.



Но то, что я услышал, поросто шок.

-Ты ,что, совсем опух уже дружок.

-Такую ксиву мне нарисовать, за два часа,

Как палец об асфальт.-



-Ты, видно, перегрелся - встрял другой,

-Сейчас приятель, погоди, родной.

Как только с корабля сойдём на пляж,

Ты книжку эту скушаешь при нас-



От наглости, от хамства, беспредела,

Я встал как вкопанный, не зная , что же делать?

Народу тьма вокруг меня стояла,

Но ввязываться в дело не желала.



Внезапно в центр выходит мужичок,

Как говорят: не низок, не высок.

Сухой, поджарый ,лет ему под тридцать,

Он тихо посоветовал мне "смыться".



Куда смываться? Мне пришлось остаться.

Произошедшим дальше - любоваться.

Я этих отморозков не боялся,

От дерзости их, просто растерялся.



Мужик же приказал качкам подняться,

И с палубы немедленно убраться.

Теперь они невольно удивилялись,

Но выполнили просьбу, приподнялись



И тут, невероятное случилось,

Такого видеть мне не приходилось.

Каскад ударов,два броска, кульбит,

И вся пятёрка на полу лежит.



Прошло всего секунд наверно тридцать,

Картине на корме пришлось смениться.

Лежали горы мышц внизу, в пыли,

Стонали, но подняться не могли.



Народ наш, как обычно осмелел,

И стал ворчать, пинать, кто как умел.

Но крикнул дядя :-Ну-ка прекратите,

А лучше, пострадавшим помогите.-



Качков пинать и дёргать перестали,

Но помощи оказывать не стали.

Все взгляды устремились на него,

Которого совсем не знал никто.





Ш





Мужик меня схватил тогда за руки,

И к капитану пригласил, до рубки.

По рации сообщили про дела,

Милиция у трапа нас ждала.



До пляжа оставалось метров триста,

Когда пришлось услышать каратиста.

- Ну, вот, что- говорил он- прокурор.

Не лезь ты больше с книжкой этой в спор.



Чтобы законы знать и охранять,

Реальной силой нужно обладать.

Заняться спортом нужно, дорогой.

Ведь под рукою не всегда конвой.



Мне дальше оставаться не резон,

Всё объяснишь, ведь ты же сам закон.

-Вы кто-же будете, как вас мне называть?

-Не надо нам имён упоминать.



-Одно лишь знай, меня искать -напрасно,

Да видел ты, что это и опасно.

Исчезну я, в пространстве растворюсь.

На этой птице, далеко умчусь.-



И тут он оголил свою футболку,

На бицепсе увидел я наколку-

Летучей мыши, я не знал тогда,

Что это означало в те года.



Он руку на прощанье мне пожал,

Такое ощущенье, что сломал.

Затем прыжок эффектный от перил,

И быстро быстро к берегу поплыл.





Э П И Л О Г





Дальнейшее уже не интересно,

В стихах, я думаю, к тому же не уместно.

Допросы, показанья, волокита,

И тема, лишь под ночь была закрыта.



Качки очухались почти что через час,

Один синяк, один подбитый глаз.

И больше повреждений никаких,

Но шок по прежнему заметен был у них.



Их увезли на катере специальном,

Допрос вели в отделе привокзальном.

Я тоже показанья свои дал,

А через день домой, в Москву удрал.



Историю забыть не мог никак,

Везде вопрос вставал: Ну как же так?

Секунды - и лежат почти полтонны

Какой Ван Дам, какие там Сталоны.



И только через месяц я узнал

Кому же этот знак принадлежал?

Я думал иль морпех, или десант,

А вышел - ГРУшный диверсант.



Нужны они порой, такие парни,

Не просто говорящие о правде,

А жёстко, лаконично, очень честно,

Подонку указать его же место.



КОНЕЦ



12.11.2016