Ядвига

Автор: Петр Шмаков


Тень за тенью вдогонку, искра искрой палима –

плачет в лесу Ядвига, что никем не любима.



«Волкам лучше тело бросить в чаще за старым бродом,

чем любви не узнать и ласки хоть бы с кем, хоть с уродом.»



Из-под земли червь тут выполз с мордой в перегное.

«Вот я тебя щас приласкаю. Я - и никто иной.» -



Оглянулась на дорогу и на туман за дорогой.

«Никого у меня на свете, кроме тебя, у убогой.»



Легла на траву с ним рядом, затылком на камень колкий.

Было у неё колечко, пара слёз и заколка.



«Итак – твоя! Ласкай же, ласкай, не жалея тела.

Не для того пришла я, чтоб тут плакать без дела…»



Ветер косу с плеча её на плечо чужое закинул.

Сама не своя лежала, а он к ней морду придвинул.



Лез и вгрызался прямо в яблоки сочные грудей.

Аж застонала Ядвига, сделалась словно студень.



Кровь в голове стучала, эхом – звон погребальный.

А это болезнь входила, жизни конец недальний.



«Иные ласкать боятся крови больной безумье.

А я любить покушаюсь тела гниль без раздумья!» –



И проникал, лаская, до самых костей и крови.

Нет, не случалось в мире столь несытой любови!



Неведомо что за шумы из времени в тьму шумели,

когда засиял под солнцем скелет белый, да – белый!



Май в лесу был и в поле и вокруг и поодаль.

В мае это случилось, цветенье везде, раздолье.



Слышно было как в чаще ветер разбойно свистнул.

А скелет вскочил тут и кулака два стиснул.



«Где, червь, скажи мне, в небо обещанных сто тропинок?»

А он только молча глянул и взор опустил в суглинок.



«Скажи, червь, Бог видел, слышал муки мои и горе?

И есть ли он там на небе или нет его боле?»



А червь задрал морду к небу, словно не ждал иного,

и подмигнул лукаво, что нет мол, нет там такого.



К вечному сну немного голову приклонила

и на тот свет взглянула, а там ничто и могила.



А там ничто, словно падаль, годы гниют и миги.

И танцевал, смеялся белый скелет Ядвиги.