Бульденеж и белые ирисы

Автор: Валерия Быкова


Памяти Ирины Григорьевой







Ей по вкусу были белые ирисы,

И, наверное, весенний бульденеж,

А когда цвели тюльпаны и нарциссы,

Улыбалась, видя кошкин мартовский мятеж.



Были по душе ей сериалы

И большие чашки кофе с молоком,

А еще она давно мечтала

Сесть на самолет рядом с окном.



Было у нее две рыжих кошки,

Кто их разберет, может, кота,

Бросая им по две куриных ножки,

Вздыхала, говоря «моя ты красота».



Она сидела на обычном деревянном стуле,

Читая про любовь на языке оригинала,

И мысль одна ее пронзала пулей:

Любви она пока еще не знала.



Пока еще… но ей всего лишь тридцать,

Вся жизнь себя успеет показать,

И детям, может, суждено еще родиться,

На самолете у окна слетать.



Она любила белые ирисы,

Я приносила ей их очень часто.

В ее театре жизни рухнули кулисы,

Актрисы больше нет, судьба злосчастна.



Актриса не успела поклониться

И даже вымолвить последние слова,

Я принесу ей бульденеж и белые ирисы,

В ответ мне будет только тишина.



Она не сядет в самолете у окошка,

Не суждено обнять уже своих детей,

Не будет гладить двух пушистых кошек,

Не посетит экваторских морей.



Как часто мы хотим за деньги счастье

Приобрести, не прогадав в цене?

И как легко один укол, несчастье,

Заломит эту цену нам втройне?



Как часто мы спешим по скучной жизни,

Бросая часто «завтра» и «потом»?

Потом – теперь на поминальной тризне.

Но вам хочу сказать я не о том.



Я говорила «послезавтра», «будет повод»,

Я скоро позвоню, поговорим,

Меня кусает черный скорбный овод -

Я не успела, и уже не посидим.



Я не успела, я искала дату,

Ждала какого-нибудь, может, дня.

У жизни, к сожаленью, нет возврата,

И не найдется повод у меня.



Я обещаю жить спонтанно и без планов,

И буду делать все, лишь только захочу.

Как только, значит сразу. Поздно или рано,

Нам всем придется потушить свою свечу.



Я обещаю, больше не скажу «был человек, а стала свечка»,

Я знаю, мы горим в своих сердцах.

Стремление успеть, как память, будет вечна,

Я напишу ее на мартовских цветах.