Песня о крапленой карте

Автор: Игорь Кабанов


I

Эх, устал я так не впервые ль?

Зубом-правилом злой игры

День-собака мне душу выел,

Только вот не всего изгрыз.



И теперь вот закат-оскома

В пасти мрака лучом болит…

Нет ни денег со мной, ни дома,

Ни для чистых небес молитв.



Есть лишь хитрость, что в скользком споре

Фишку-боль соскользнет под стол,

И любимая, с кем я в ссоре,

Но с которой мириться шел.



Жаль, что вьюги путь к ней задули,

Перебором смяв верный фул…

Что я есть? Лишь беспутный шулер,

Здесь свезло мне, а там продул.



Припев

Сброшу грусть-исподнее –

Не продует свежесть

Ветерка азартного, коль душой не мертв –

Вечером сегодня я

Снова в карты режусь

С дураком бесхитростным, что богат, как черт.



II

За окном – мнутся вьюг бараны,

Здесь – столы, будто овцы, в ряд…

Я сижу, душу сверлит рьяно

Сталью хитрый студеный взгляд.



Палец мой захрустел в изломе…

В голове – лишь хмельная муть

Ведь недавно еще везло мне,

А теперь? чтоб ему? Продуть?!



Всё со мной, лишь червовой масти

Королевы не достает…

Вдрызг стакан, говорю – на счастье –

Отвернулся он – я и в ход.



Королеву, что крап в колоде,

Свистнул я и забрал весь кон…

А его аж озноб колотит:

Как сумел? Но игра – закон



Для таких вот, да и для прочих,

Кто в болоте ином увяз…

Расплавляйте, хмельные ночи,

Лёд беспутных пропащих глаз!



Припев

Королева крапова,

Ты не бойся шила –

Платьице червовое не за зря пробьем –

Взяв, что ты наплакала,

Дом купить решил я,

Чтоб с любимой нежною жить там королем!



III

Жил я в холоде, в тесноте –

Но свезло… знать, не весь озяб,

Дом, сжав бицепс кирпичных стен,

Смял быльё, новь под крышу взяв.



Он подпер потолком-спиной

Ладный быт… что ж, прощай, сума!

Пусть любимая не со мной,

Но оценит потом сама.



Друг мой ласковый, ты услышь

В бликах окон мерцанье звезд…

Жаль, дельнув пополам барыш,

Сам тебя на курорт увез.



Кисть волны, ей рисуй эскиз

Легкой грусти с приливом сил…

Что же вылечит от тоски? –

Королева, что в ночь кропил!



Да… в кармане… а платья шелк…

Даже жаль, что пробит иглой…

Вьюга стихла… и дождь пошел…

Теплый, крупный, но будто злой.



Льется боль из небесных фляг,

И не плавит тоскливый ком,

Видно… сам я был чуть дурак,

Что связался с тем дураком.



От него не убудет хоть –

Он на деньги себя сменял,

Но дрожит зыбких окон плоть:

Он… с любимой… да чтоб меня!



Я к стеклу… весь от боли сник,

Как бумажный листок, трясусь,

В красном платье, под руку, с ним…

Что ж ты, милая… по лицу



Ток прошел, стихла в сердце песнь,

Опостылела красота –

То ль увиденным сплющен весь,

То ль каток меня раскатал.



Как же мил этот белый свет!

Черт не съест, жизнь не вырвет влёт…

Обыграть…но… крапленки нет…

Или… вот она с ним идет!



Или… чудится… хоть убей –

Не пойму… снова боль в висок –

Я, как битый валет бубей,

То ль во тьму, то ль в колоду лег.



Жмет картонная теснота,

И.. не сдвинуться… я б ушел…

Вижу: вправду я картой стал

С человеческой лишь душой.



Припев:

Нет мне света белого…

Боже, дай свободу!

Вдруг смотрю: любимая, не смиряясь с виной,

Тоже картой сделалась

И легла в колоду

Королевой краповой рядышком со мной.



IV

Дух мой сник, мне не стать светлей

В тусклой клетке азартных схем…

Весь расплющен, лежу во мгле,

Не могу шевельнуть ничем.



И любимую не обнять,

И не сделать в игре хода…

Но молюсь: бог, верни опять

То, что сам так легко отдал!

Ну а то, что нажил враньем,

Забери для другого в дар…

Тут в картонный худой проем

Луч проник… и прошел кошмар.



Припев

Колет грудь ли, спину ли –

Ничего не помня,

Я лежу… мой дух иглой пропорола злость…

Только чары сгинули,

Знать, опять свезло мне:

Дом, кровать… любимая шепчет: “Как спалось?”



V

“Спал нормально, - без всякой лжи

Ей ответил – к столу зови!”

Стал я с милою снова жить,

Хоть в коморке, зато в любви.



Ничего я не поменял

В той игре, что судьбой зовут –

Вновь шатался по кудрям дня

Тот же шулер, дурак и шут.



Головой бился в правил лбы,

Часть нарушив, а часть – пробив.

Всем был плох… но веселым был,

Будто легких ветров мотив,



Что продует насквозь шалаш,

Где, известно, для милых рай…

Но любимая всё ждала:

“Где же деньги? Ловчей играй!”



Жаль, удача ушла от нас,

Отлетев, как от стенки – мяч…

Но опять подвернулся шанс,

А точнее – простак-богач.



Тут любимая: в мозг – пилой:

“Хоть поляг на столе костьми,

Но без денег – чтоб с глаз долой,

Обязательно куш возьми!”



Припев

Сброшу грусть-исподнее –

Не продует свежесть

Ветерка азартного… всё мне – как с куста.

Вечером сегодня я

Снова в карты режусь

С дурнем… но устал от них… от всего устал…



VI

За окном мнутся вьюг бараны,

Здесь – столы, будто овцы, в ряд…

Я сижу, душу сверлит рьяно

Сталью хитрый студеный взгляд,



Взор – как вечером пруд, что брызнет,

Но не капли в закат, а злость…

Но… везет, как ни разу в жизни

Не фартило и не везло,



Мне везет… и в руках все масти,

Да и в пальцах немало сил.

Ну а он, словно смерть, несчастен,

Шепчет мне: “Всё на днях спустил…”



…..



Друг, ты жалостью дух не мучь –

Не таких прознавали мы,

Сам виновен… но тронул луч

Мертвь кабацкой обрюзгшей тьмы,



Оживил… и умерил пыл,

Сердце всхлипнуло, как струна:

Вспомнил я и как картой был,

И того мужика узнал.



Это странное волшебство!

Здесь сидел, мутью глядя в зал,

Тот чудак, обманул кого,

Дом купив, что колодой стал.



Чуть не крикнул ему: “Постой!

Кто же ты? Вынь секрет души!”

Но смотрел он с такой тоской,

Что я сжалился и решил:



Помогу – не продуешь в ноль,

И – крапленку ему на стол.

С королевою той одной

Отыгрался он… я ушел.



Луч погас… дурень глянул вслед,

Что-то силясь сказать сквозь тьму,

Но на “нет” и суда ведь нет,

А барыш – у других возьму.



Припев:

В высь души тоской скользя,

В сердце сделав прожиг,

Месяц вопросительным знаком в небе вис.

В дом войдя, кричу: “Не взял…”

Милая: “И что же?” –

Обняла и ласково шепчет мне: “Сюрприз!”



VII

Улыбнувшись, произнесла:

“Мой любимый, мой свет в окне!

Что ж ты весь побледнел, ослаб?

Ты ж везучий… но я - вдвойне:



Был с утра в горле грусти ком,

Словно туча в шелках зари,

Но вернулась под вечер в дом

И увидела: вот, смотри!”



Весь затрясся я, еле жив,

И чуть-чуть не хватил удар:

Предо мной на столе лежит

Золотая колода карт,



Вся в рубинах и жемчугах,

От слоновой кости бела –

Я спросил сквозь азарт и страх:

“Где взяла?”, а она: “Нашла!”



Раскрываю: красиво как,

Знать, вручную кто рисовал!

А потом – аж душой обмяк

И не смог подобрать слова,



Лишь увидел ее портрет:

Дама черви, в шелках лежит…

Я, конечно, бубей валет,

Ну а джокер – вот тот мужик.



Припев

Злобой ли ограблены,

Веселы ль, как дети –

В каждом есть и праведник, и безбожный тать –

Все судьбою краплены,

Всё игра на свете,

Но, порой, поддаться ей лучше, чем урвать.