Сломанный мизинец

Автор: Михаил Монастырев


Сегодня я сломал об тумбочку мизинец на левой ноге. Это не такое уж и редкое явление, чтоб я бился мизинцами о мебель. Ноги очень часто не успевают за мной, когда я куда-нибудь тороплюсь. Закономерность этого явления заключается только в том, что бьюсь я исключительно дома. Ни разу еще не случилось, чтобы я ударился мизинцами на улице или на работе. А так, как один из членов моей семьи медицинский работник с огромным опытом службы в травматологии, то моя привычка биться мизинцами сходит мне с рук без особых последствий. Сегодня она зафиксировала лейкопластырем этот непутевый палец с его ближайшим соседом и при ходьбе мне стало значительно комфортней. Дело в том, что когда мы наступаем ногами на пол, пальцы в некоторых случаях растопыриваются - как бы хватаются за землю, удерживая туловище от несанкционированного падения. У европейцев, в отличие от босоногих африканцев и новозеландцев, мизинцы в повседневной жизни не оттопырены в стороны потому, что ходят европейцы исключительно в обуви. Но попробуйте их только сломать, как в них тут же просыпается первобытный инстинкт и они сразу норовят оттопыриться при каждом повороте туловища, да и вообще, фактически без видимой надобности. А специальная фиксирующая повязка из лейкопластыря очень помогает туловищу вновь почувствовать себя цивилизованным человеком.

И тут я вспомнил об одной популярной телепередаче, в которой обсуждались вопросы, связанные с возможной эволюцией человека в ближайшие двести лет. С точки зрения американской группы ученых, человек будущего будет выглядеть так - огромная голова без шеи (мозг, по мнению американцев, в будущем увеличится вдвое), худые руки, ноги с новым опорным суставом выше щиколотки, сгибающимся в сторону, противоположную той, куда сгибалось древнее человеческое колено и тело с толстой жировой прослойкой, как у моржа.

Я посмотрел на свой сломанный мизинец и подумал - а зачем человеку будущего такой большой мозг, если уже сегодня компьютеры освободили его от значительной части рутинно мыслительной деятельности? По идее, мозг должен не увеличиваться, а уменьшаться или в лучшем случае оставаться прежним в рамках привычного черепа. Худые руки - может быть. Ноги тоже вряд ли подлежат видимым мутациям, за исключением вероятности полной их утраты, как в случае с хвостом, если человек откажется от самостоятельного передвижения. Но тогда через двести лет он будет сверху такой же, как и сейчас, а снизу у него просто будет три копчика, что не позволит ему не только самостоятельно передвигаться, но и самостоятельно размножаться.

После таких мыслей мне почему-то очень захотелось закурить. Я вышел на лестничную площадку, с тоской посмотрел в окно на зимнее солнышко и представил себе картину, как будущий землянин хилой костлявой рукой поднимает бластер на Дока из фильма "Назад в будущее", который экспериментируя со своей замечательной машиной времени, на своё горе окажется в том самом будущем. Потом длинный серый кривой палец нажимает на курок...

А что бы я сделал на месте того парня, если бы оказался нос к носу даже не с неандертальцем, а с динозавром? Понятно, что все три моих копчика сразу бы оттопырились, как мой сегодня сломанный мизинец, но убежать на копчиках от динозавра дело совершенно дохлое и остается только одно - бластер.

- Бедный док - подумал я.

Тут раздался телефонный звонок и меня вызвали на работу. Я ехал в офис и думал - но как же в будущем будут жить те вечно неугомонные люди со ржавым гвоздем в заднице, которые сегодня лезут в горы, прыгают с парашютом, поют ночью песни у костра и очень часто совершают глупые и непрактичные поступки, достойные всеобщего недоумения и даже порицания? Как они выживут там без ног и всего такого необходимого прочего?

- А они уйдут в море - решил я. Из копчиков у них оттопырится рыбий хвост, они научатся надолго задерживать дыхание, как киты и дельфины, а может даже оттопырят в себе жабры...

И, уже открывая дверь офиса кнопкой удаленной связи, я поймал себя на мысли, что если мне когда-нибудь выпадет случай отправиться вместе с Доком на двести лет в будущее, я обязательно прихвачу с собой пару аквалангов. На всякий случай.