Ларец Венок сонетов

Автор: Литвинов Сергей Семенович


-1-



С утра и в лес; за ягодою ж – рано.

Да брызги солнца – ягодой в горсти.

Для несказанно милой и желанной

Венок сонетов мне ли не сплести?



Здесь к полдню зной колеблет воздух пряно.

Успеть с утра – в глуши, в тиши брести.

В росинках травы; солнце над поляной,

Да впрямь, Ярило! Господи, прости!



Один Творец; Создатель и Податель

Всех благ земных и неземных – Творец!

Я ль Имя Божье кстати ли, некстати ль

Упомяну? Так дивен лес – дворец!



Любой из дней – подобием ларца.

Давай же, возблагодарим Творца.



-2-



Давай же, возблагодарим Творца.

Лес на рассвете полон тишиною.

Лес – птичьи хоры музыкой сплошною

Под сводами роскошного дворца.



Как от зеркал не отвести лица.

В рассветных росах – я, и ты – со мною.

И нежностью наполнены земною,

И радостью небесною – сердца.



Войдём же в лес; восторженные – мы.

Что ж делать здесь меж звёздной, росной тьмы?

Мы в доме Божьем; это ли не странно?



Рос – жемчуга, звёзд – яхонт, зорь – опал.

Со мною – ты; а я, куда попал?

Смешон поэт; в словах – в одёжке драной.



-3-



Смешон поэт; в словах – в одёжке драной.

Лес на заре сиренево-лилов.

Колоннам-соснам, что им ветошь слов?

Небесный свод в душе сквозною раной.



Душа, пребудь в молитве непрестанной.

Пребудь в благоухании цветов.

Здесь каждый лютик выразить готов,

Смысл красоты, земле от Бога данной,



Услышь, поэт, звучанье красоты.

Восславь Творца, любимая, и ты.

Да ты сама – звучанье вечной песни.



Нет, свод небесный не для глаз слепца.

Поэт и в небе, как в слепящей бездне.

Нелеп удел поэта и певца.



-4-



Нелеп удел поэта и певца.

Желания души невыразимы.

За вёснами подчас приходят зимы.

Так прочь любовь бежит из-под венца.



Так мы подчас уходим от Отца

Небесного, и плачут Херувимы.

И наши судьбы так непоправимы,

Как бесталанен образ мертвеца.



Ни слов живых и ярких; пустота.

Не разомкнуть примолкшие уста.

Полна душа смертельного дурмана.



То, мнится, черти манят за собой,

Навек покончить с песенной судьбой.

То ивы, как русалки, из тумана.



-5-



То ивы, как русалки, из тумана.

Глядят русалки – холодны глаза.

Очей зазывных блещет бирюза.

В подводные войди же в терема, на!



На! Пой, поэт! Жизнь в песне – беспрестанна!

Русалочья поэту в дар – слеза.

Склонённая так подпоёт лоза,

Змеиной изворотливостью стана.



Поэзия не ангельское пенье.

Поэзия – земных страстей кипенье.

Дар неподъёмный – тяжестью свинца.



Усни же с песней дивной, соловьиной.

Над омутом, где звёзды в ночь – лавиной…

Но голос мой прорезался – птенца.



-6-



Но голос мой прорезался – птенца.

Мне подпевать бы ангелам Господним.

В дворца палатах, здесь и знойным полднем,

Не слышно шутовского бубенца.



Здесь утро нас приветит у крыльца

Высокого; здесь небом души полним.

Из многих яств нам поданных и помним,

Как льнёт к устам цветочная пыльца.



Так мёдом соты солнечно сочась,

Ждут нас, гостей; всё чудно в Божьем доме.

Мы в лес вошли; не зря сердца в истоме.

И соловей не в тот проснулся час.



Для соловья любая песня – манна.

Что ж, пой для милой; жизнь ли так обманна?



-7-



Что ж, пой для милой; жизнь ли так обманна?

Пой, соловей, на все лады свисти.

Мне трели бы в один сонет свести;

Любимой – в дар! Вдвоём сходить с ума нам!



О лес, дворец! Что прана? Что нирвана?

Чужие бредни, где там не гости.

Но в лес войдёшь, не ягода в горсти.

Душа на пир Господний, славный звана.



Для нас открыты Царские палаты.

Мы все, поэты, песенно крылаты.

От мастера до горе-сорванца.



И пусть не так, не этак, еле-еле.

Для всех любимых наши песни-трели.

Как вечность! - без начала, без конца.



-8-



Как вечность! – без начала, без конца.

И наши души вечны где-то были.

Надеялись мы в Боге и любили;

В одном звене сплетённых два кольца.



А соловей – знавали храбреца! –

Запел, защёлкал; эхо разбудили!

Мне ль не подпеть, сонет слагая, или

Дойти до жалкой зависти льстеца?



Что ж, подпою, слова сбирая в горсть,

Как ягоду, не в кущах райских – гость.

Но я с тобой, горячкой слов палимый.



Я ветошь слов срываю на ходу.

Я без тебя и в песне пропаду…

Мы в лес вошли, земные пилигримы.



-9-



Мы в лес вошли, земные пилигримы.

Как во дворец, мы в лес вошли с тобой.

Сияет росный жемчуг под стопой.

Рассветных звёзд нам яхонты даримы.



А там и полдень Господом хранимый.

И вечер в дымке чудно голубой.

Ты в мире Божьем пой, поэт, и пой.

Всей красотой Вселенскою ранимый.



Среди коврами вытканной травы,

Лежать, не поднимая головы.

Полдневный сон гнетёт необоримый.



Не вглядываться в неба сонный плёс,

Ни в омут запрокинутых берёз.

Небесные обители так зримы.



-10-



Небесные обители так зримы.

Да в несказанно-сказочной дали.

И дети, мы, влюблённые земли.

И тропки-стёжки нами здесь торимы.



О, как беспечно в дивный лес вошли мы.

Царя Царей, мой ангел, умоли.

Безгрешной простотою умили,

Чтоб не был Он Судьёй неумолимым.



Мы влюблены и то ль юны, то ль юны?

К нам благосклонны месяцы и луны.

И счастья дни, и ночи – впереди.



С тобой не раз проснёмся на рассвете.

И вспомним дни, и ночи вспомним эти.

Горсть вешних ягод - бусы на груди.



-11-



Горсть вешних ягод – бусы на груди.

Тебе с утра шальные поцелуи.

Мы окунёмся в солнечные струи;

И губ, и рук – нет, нет! – не отводи.



Цветов полночных ладаном кади.

Балуем всех возлюбленных, милуем.

О, как без нас, поэтов, жить в миру им?

Но в скит уйти в монаший - погоди.



Жизнь без тебя – страшней любой тюрьмы.

Я для тебя петь выучусь псалмы.

Составлю сотни самых славных книжек.



Я, я в тебя - не до смерти ль? - влюблён.

Огнём рассветов росных опалён

Мы в лес вошли, и шепчешь мне: «Взгляни же»



-12-

Мы в лес вошли, и шепчешь мне: «Взгляни же!

Вот ягоды, которых здесь и нет.

Да не про эти ягоды сонет;

Нет, к ягодинкам губы тянешь ниже.



Твои глаза и плечи так бесстыжи.

И груди поцелуйный помнят след.

И тыщи зим пройдут, и тыщи лет.

Но ангел мой, мой вечный ангел – ты же!



Пусть вечность благосклонна будет к нам.

Ты лишь не верь нелепым, детским снам

Обеты все, обиды все верни ж им.



И шепчешь ты, в горсть ягоды собрав.

«Ты мой поэт, ты прав, да и не прав!

На луч рассветный ягоды нанижем.»



-13-



На луч рассветный ягоды нанижем

Пусть ягоды и зелены ещё.

Мой поцелуй твоих коснётся щёк.

Твой поцелуй… на малый миг верни же.



Нам этот мир и сделается ближе.

А лес - цикад немолчный перещёлк.

И ёкнет сердце, ёкнет веще – ёк!

И новый день болячки нам залижет.



Всё в рифму, чтоб с ума сходить поэту.

Ты и сама предложишь ту и эту.

В ночь за собой не в рифму поведи.



Мы в лес-дворец вошли с тобой с утра ли?

Да сколько б в рифму ягод не собрали,

Словесной нитью их не повреди.



-14-



Словесной нитью их не повреди.

О, сладость губ! Вся радость – в сборе ягод!

Мы в лес вошли, и как пропали на год.

Сплету венок сонетов – погляди!



Люби меня и душу береди.

Я твой поэт; ни бед в судьбе, ни тягот.

И ягоды в души кошёлку лягут.

И целый век ходи в лесу, броди.



Мы просто в жизнь так нежно влюблены.

Нет в этом перед Вечностью вины.

Пусть жизнь и нас гнетёт порой буранной.



Но лишь уйдут метели и снега.

Одна дорожка, ах, как дорога!

С утра и в лес; за ягодою ж – рано.



-15-



С утра и в лес; за ягодою ж – рано.

Давай же, возблагодарим Творца.

Смешон поэт; в словах – в одёжке драной.

Нелеп удел поэта и певца.



То ивы, как русалки, из тумана.

Но голос мой прорезался – птенца.

Что ж, пой для милой; жизнь ли так обманна?

Как вечность! – без начала, без конца.



Мы в лес вошли, земные пилигримы.

Небесные обители так зримы.

Горсть вешних ягод – бусы на груди.



Мы в лес вошли, и шепчешь мне: "Взгляни же!"

На луч рассветный ягоды нанижем.

Словесной нитью их не повреди.







PS «Венец (венок) сонетов - это когда автор пишет четырнадцать сонетов, объединённых одной историей, а потом всё завершает пятнадцатым, который получается при складывании первых строк предыдущих четырнадцати. При этом все сонеты могут восприниматься и отдельным произведением и внутри общей группы. А пятнадцатый помимо всего прочего должен содержать в себе основную мысль предыдущих.

Невероятно сложная и красивая штука. Чтобы написать венец сонетов надо перебрать множество рифм, чётко выстроить сюжет, заранее продумать все подробности. На него надо потратить не один месяц. Поэтов, у которых получались хорошие венцы можно пересчитать по пальцам»



С этими словами соглашусь, но с одною поправкой.

Достаточно и двух дней для сотворения венка.

Наверное, можно и в один день уложиться,

Да больно уж трудоёмкое и напрочь выматывающее душу и тело – сиё дело.



...Чрезмерная заформализованность произведения зачастую препятствует полному и естественному развитию и раскрытию литературного – в данном случае поэтического - образа. Поскольку абсолютной симметрии в

природе не бывает, так и сверхточная форма делает не особо жизненным любое произведение искусства.

Поэтому и допустимы на мой взгляд в сонетном венке некоторые отклонения от формальных правил.