Жаль, ты, Пушкин, не увидел, как Союз наш унесли..

Автор: Раиса Мельникова


РОССИЯ И ЧЕРНОМОР



1.



Это карлик Черномор

Над Россиею глумится –

Насылая глад и мор,

Заставляет веселиться.

Он не в келии сидит,

А за морем-океаном,

Зло мозгами шевелит,

Находя у нас изъяны...

Заливали при Петре

В глотки русские – чужое,

И теперь повадки те ж –

За чужой бежим бедою.

За бедой идет беда,

Вновь для русских много кнутьев,

Снова русская беда,

Снова русское беспутье.

...Сколько ж можно бедовать

От законов и проектов?

Сколько ж можно бедовать?!

…Надо звать лжецов к ответу.

2.



Черномор, волшебник чертов,

Все учел: и спесь, и лень.

Он подвел страну к аборту,

Не поспавши даже с ней.

Из-за моря, из-за моря,

Из-за Чертова ручья

К нам прислали много горя,

Разрубили Русь сплеча.

Разрубили, спеленали

И сказали: "Попляши!"

В долг валюты быстро дали...

...Русь сменяли на шиши.

Кто нахальный – тот богатый,

Кто богатый – тот живет,

А народ лишают хаты,

На погибель шлют народ...

…Не украли б шапку воры,

Не отрезав головы.

Черноморы! Черноморы! –

Опустевшие дворы.









3.



- Жаль, ты, Пушкин, не увидел

Как Союз наш унесли.

Вновь чума во время пира...

...Тыщи танков не спасли.

Черномор, однако, вежлив, –

Не спешил, не рвал одежд,

Разрушал Руси надежды,

Плодя воров и невежд.

Раздавал сребро и злато

Он приспешникам своим.

- Мол, сама и виновата...

...Но мы ей не говорим.

По головке тихо гладим,

Горло режем – острый нож,

А еще ударим сзади,

Кто убийца – не поймешь.

Заберем мы все до нитки:

Недра, воды, корабли –

Все Людмилины пожитки

И Руслановы рубли.

Всех расселим по пещерам,

Пусть квартиры в пустоте,

До народа нет нам дела

В этой жуткой суете.

Непомерные налоги

На полученный доход –

Все отдать козлам двурогим,

Остальное – в дымоход.

Инспектируйте вы бабку –

Чем там дышит старина?

Если что – берите взятку:

Пусть живет, - ее вина.

Пусть живет! – не жизнь, а мука.

Газ дороже, чем алмаз,

Пусть карга дрожит за внука

И нахваливает нас.

- Видишь, Пушкин, как в России, –

Те же глушь и темнота,

Черноморы сплошь взбесились,

Средь богатства – нищета.

Ограничено движенье,

Ограничена еда,

Ограничено рожденье,

И позволена беда.

4.



- Видишь, Пушкин, как красиво!

Дуб растет, как в старину.

Все такой же он спесивый,

Ишь, разросся в ширину.

Крепкий, видно, листья жестки,

Пни корявы – долго гнить.

Века с веком перекрестки...

...На изломе трудно жить.

О, береза нарядилась! -

Вся в белье, дрожит серьга,

Ишь, страдает, ишь, влюбилась...

...Удлиненная нога.

Лист осины шевелится,

Ветра нет – она дрожит.

Собирается, знать, скрыться

От налоговых обид.

А рябина вся в рубинах,

Видно, папа – рэкетир,

Сплошь нувориши в машинах...

...В экс-Союзе – беспредел.

Груш и яблок в садах море!

В основном всё погнило,

А чиновники в конторе

Что-то клали на село.

Видишь, Пушкин – демократы

Врут, что нужен им народ.

О, несказанно богаты!

А народ ревмя ревет.

Пограничный столб видали

В Украинской стороне? –

Нас с Россией разодрали,

Заваляли нас в говне.

Я иду, меня окликнул

Грозный дядька Черномор.

Шасть в карманы – дулю вынул

И в карман себе упер.

И сказал: "Вали, дуреха,

Напрямки куда-нибудь,

Твоя шкура снята плохо,

Лучше пусть ее сдерут".



5.



О, отвратительная дикость

Российских наших деревень!

Деревня с городом роднилась –

Ей город стал врагом теперь.

Я родилась в деревне, Пушкин,

Росла, почти что двадцать лет

В лесу дубравном на опушке,

Где на цепи жил пес Валет.

Не стало хутора Гремучки,

Что на брегу речушки Сейм,

Его уж довели до ручки,

Как тыщи русских деревень.

Дома пусты. Закрыты школы.

Нет ясель, девок и детей.

Остались русские узоры

В душе и памяти моей.

Сюда на тройке не домчишься,

А поезда вдали стучат,

В потомках здесь не возродишься,

Не женишь хуторских внучат.

Они разбросаны по свету

России – матери моей,

По СССРа Белу Свету –

Все стали смешанных кровей.

Теперь нас быстро разделили,

Мешал нас долго СССР.

Все, что создали – развалили,

Я не нужна нигде теперь.

Все в рытвинах пути-дороги,

А ложь – улыбка до ушей,

Богатства отданы немногим,

Бумага – главное уже.

О, Пушкин, вот ведь где царица!

Ее б под дых, такую мать!

Она ж царит, бумага-птица,

И люд готовит умирать.

Ты видел где-нибудь такое –

Налого - трутень на судьбе?

А я иду своей тропою,

На власть я жалуюсь тебе.

Тебя сгубили истуканы,

Подлейших душ богатыри.

Твои поэмы и романы –

Как будто совести штыри.

У нас все дико и печально,

Пришиблены умы и спесь,

Русь обокрали изначально,

Лишь начиная куролесь.

Теперь не русская я боле,

Не знаю я, каких кровей.

Сказали: "Все теперь на воле" –

Среди бандитов-королей.

И, что ни день, то новый ценник,

Сплошь невозможность бытия.

О, Пушкин, наш великий гений!

...Очнется ль Родина моя?

1997 – 1999 гг.