Любоф

Автор: Александр Брыксенков


ВПЕРЕДИ АПРЕЛЬ

Запушили в полях одуваны.

Забелели кувшинки в пруду.

У природы идет все по плану

Даже в этом дождливом году.



Ну а ты вновь развесила нюни,

Снова вспомнила море обид.

Не горюй, все осталось в июне,

И бокал огорчений допит.



Это часто у женщин бывает.

Настежь сердце свое распахнет,

Мол, любовь у мня вот такая,

Мол, любовь моя слаще чем мёд.



А потом наступает тревога

За тревогой приходит испуг:

«Нужно было играть недотрогу

И в пучину кидаться не вдруг…»



Вся в мечтах пока горе не клюнет,

Пока лодка не сядет на мель.

Не горюй, все осталось в июне.

Впереди будет новый апрель.





МУЗЫКА ЛЮБВИ

Бе-зум-но жаль, что

обман

Прервал наш бур-

ный роман.

Он как шальной у-

раган

Терзал меня,

трепал тебя.





Без-мер-но рад, что

дурман

Уплыл как лег-

кий туман.

И снова даль.

Ей нет конца.

И снова флирт.

И жар лица.

И мы одни.

И нет преград.

И блеск венца.



Безумно рад, что опять

Есть шанс любовь повстречать.

Есть шанс любовником стать.

Испить до дна

любви бокал.



Безмерно жаль, что зимой

Все повторится, хоть вой.

Устал любить --

Кончай чудить.

Дурной финал.

Ну как тут быть?

И блеск Невы

Уже не в кайф

Давай дружить.





ЖЕМАННАЯ ЗОРЬКА

Жеманная зорька за пиками елок

Пыталась упрятать румяную радость.

Чудачка и только. Лишь облачный полог

Способен заляпать роскошную алость.



Но полога нет. И в просторе лиловом

Заря разгорается ярким пожаром.

А в ней. как привет, с энергетикой новой

Светило является светлым и ярым.



И солнышко вновь над Землёю сияет,

Но к вечеру сникнет и тихо исчезнет.

«А наша любовь все горит не сгорает,

А наша любовь никогда не померкнет».



Так думал парнишка, отравленный страстью.

И в чувстве, пылая. ему незнакомом,

Он таял, томился, а друг его, Вася

Сношал его кралю в сарае за домом.





У ДВОРЦА БОАКОСОЧЕТАНИЯ



Дворцы, обряды, кольца, туры --

Всё это мишура и маски.

Все это просто для отмазки

Природной скотской процедуры.



Когда лихой сперматозоид

Прорвет покровы женской клетки,

То это дорогого стоит.

Взята последняя отметка.



А ананасы , фруктов горки.

Цветы, венцы, свечей сияние.

Бокалов звон и крики «горько!»,

И ритуальные лобзания,





Народ, как делали и предки,

Лишь для того всё это строит.

Чтобы покровы женской клетки

Прорвал лихой сперматозоид.

Ура!!!





АХ, СЕРДЦЕ

Заря скучала над стылым плёсом.

Сквозь елки месяц чуть розовел.

Свой след оставили колеса

В седой от инея траве.



Взойдет светило, расстает иней.

Расстает иней, и нет следа.

В траве исчезнет сплетение линий,

Но только в сердце – никогда!



Ах! Сердце, сердце. Кусочек плоти.

Ну сколько можно его терзать !

Шептала дама: « Никто не против,

Что сердце вредно перегружать.



Но он уехал, совсем уехал

И не вернуть, блин, и не догнать.

Придется в сердце искать утеху:

Ведь не печёнкой о нем страдать».





ТАНГО БЕЛОЙ НОЧИ



Над жемчужным заливом

Две влюбленные чайки

Без стыда, без утайки

Сплели крыла.



Ну а мы как шальные ,

По причалу все ходим

И никак не не находим

Любви слова.



Не волнуйся, я не стану злиться,

Если вдруг обнимешь ты меня.



Над жемчужным заливом,

Как луна белой ночью,

Осторожная очень,

Любовь взошла.





ДАЕШЬ МЕНДЕЛЬСОНА!

Природа балдела от нежного мая.

Чирикали пташки, цветы расцветали.

Дубы шелестели младыми листами.

Да, что я болтаю? Вы знаете сами!



Мужчинность взбесилась, всем самочку надо.

За запахом острым бегут без огляда.

Медведь за версту обоняет подругу.

Смурные тритоны ползут друг на друга.



И пес деревенский помчал за волчицей.

Хвостом повертела и в лес словно птица.

За ней он метнулся в душистые ели.

Вот там его волки, дурашку, и съели.



Хотя у мужчин в голове много мозга,

Но плачет по ним настоящая розга:

На девушек тратят огромные гроши.

Им дарят колье, ожерелья и броши.



Под свечи с Вивальди, под музыку Верди

Спешат покорить неприступную леди.

Не знают ценители тонких музонов:

У дев на уме только марш Мендельсона.





ЗАПАХ РУК

Перрон вокзала. Грустно стало вдруг,

Когда в косую даль состав умчался,

Что нет тебя, и лишь со мной остался

Зовущий запах милых, нежных рук.



Промчались годы. Все давно прошло.

И нет тебя. И кончилась разруха

И Ленинграда нет. Кому-то в ум пришло

Вернуть ему немецкую кликуху.



Так много раздражителей вокруг,

Что на кусочки прошлый мир распался.

И только стойко в памяти остался

Зовущий запах милых, нежных рук.





КАЙФ И ДРАЙФ

Зарницы мягко возникали

И мягко гасли в тьме небес.

Дурманной ночью шалый парень

Манил девчонку под навес.



Там темнота, там запах сена.

Но это было ей не в кайф.

Какой навес, когда Селена

С Венерой шлют любовный драйв.



Мерцанье звезд, как неба милость.

А свет луны, как страсти власть.

Девчонка в травы опустилась

И беззаветно отдалась.



Туманы мятою дышали

И застилали все окрест...

Увы, друзья. К большой печали

Вам недоступен Вепсский лес.



Не в смысле, что нельзя приехать

В край заповедный, край лесной.

А в смысле, что нельзя изведать

Кайф под Венерой и Луной.





ЛЮБОФ

Смотрела женщина в тоске

В окно на мокрую дорогу.

Гасила горечь и тревогу

В надрывном, нервном шепотке:



«Напрасно жду. Ты не придешь.

Меня как прежде не обнимешь.

К чему униженный скулеж

И этот идиотский имидж?



Когда сближался ты со мной

Я распадалася на части.

И утопала в волнах счастья

В порывах страсти неземной





Но ты покинул Вепсский лес,

Как пес, как гад, как как провокатор

И вот проклятием небес

Маячит фалоимитатор»...





Не плачь, душа, придет другой

И будут ласки до упаду.

Ну, что еще фемине надо

Здесь, на планете голубой?





СКЕРЦО

Гуляя по Летнему саду,

Увидел я деву-красаву.

Она за скульптурой в засаду

Засела приманкой парням.

Изящно откинута ножка,

Прическа, конечно, на славу.

Пред ней на садовой дорожке

Припала болонка к корням.



Лежит на коленях планшетик.

На ватмане голая нимфа.

Решив заказать свой портретик,

Я бодренько деве сказал:

«Срисуйте меня вместо нимфы

Я тоже немного из мифа

А также из крови и лимфы».

И деве «козу» показал.



В ответ на фигню озорную

Красавица подняла очи:

«Конечно я вас нарисую,

Вот только снимите штаны».

Подумав буквально немного:

«А также трусы между прочим,

Чтоб были похожи на бога

С одной и с другой стороны».



Стояла осенняя бледность

В природе, а главное – в сердце,

А если бы – май, то немедля

Исполнил бы девичью блажь.

Под лепет березок и кленов,

Под звуки душевного скерцо

Возник бы на фоне зеленом

Отличный весенний коллаж!

А, так...увы.

___________________________________________

*Scherzo (итал.) -- буквально "шутка".





ДОБРАЯ ОСЕНЬ

Доцветает кипрей.

Пахнет лесом острей

От нахмуренных елок и сосен.

Пожелтела трава.

И вступает в права

Золотая красавица осень



Вариант не простой:

Я прощаюся с той,

Что манила в глухие покосы.

Ни к чему мне стога

И в туманах луга,

Где гуляют рогатые лоси



Дурь весны отошла

Вновь свободна душа.

Ум нагрузки нешуточной просит.

Все прошло и опять

Можно пить и гулять.

Ах, спасибо, красавица Осень.





НЕ ОБИЖАЙТЕ

В преддверье золотого листопада

Брожу в аллеях, думая о вас.

Мне лично ничего от вас не надо.

Мне просто жаль потухших милых глаз.



Когда вы мне назначили свиданье,

У памятника Феликсу, в саду,

То я проигнорировл признание.

Ответил хмуро: «Занят. Не прийду».



Сегодня серо, скучно в Лопухинке.

Нет пионеров, вальсы не звучат.

И Феликса снесли, но по-старинке

Я посещаю этот тихий сад.



В преддверье золотого листопада

Мне хочется ребят предостеречь:

« Не обижайте девушек, ребята,

Чтобы потом об этом не жалеть».