Из века двадцать первого

Автор: Алла Райц


Из века двадцать первого послание Евгению Баратынскому на

стихи "Последний поэт"



Век шествует путём войны и смерти,

В сердцах разлад, а общая мечта

за годом год - зарплатою "в конверте"-

запрятана, от времени желта.

Но верю я, что светом просвещенья

Поэзия - наперсница Сольвейг,

Спасёт свою любовь из заточенья,

И Русский стих споёт, как соловей!



Ни богатства, ни свободы,

И Эллада чуть жива:

Еврозонные народы -

Утомленные чела.

Век науки, век торговли -

Не восторг - краплёный туз,

В мире нет надёжной кровли

Иль пристанища для Муз.



Далёкий друг, познавший тайны мира,

Нас разделяет больше сотни лет;

И, верно, зелены сады Омира,

Целебна и вода лазурных рек,

Там, где Парнас возвысился на годы,

Там и Кастальский ключ, как прежде, льёт,

И жив пока нежданный сын природы –

Поэт, певец - о чем же он поёт?



В век угрюмый, в век закланья

Простодушье не в чести,

Пел и наш поэт признанья -

Лишь бы ноги унести.

Пел, виденьями страдая,

Души скорбные целя,

Иногда и про лобзанья,

По этапам кровь лея...



Трепал поэта век, как волк, голодный

Безумием Эоловых страстей,

Смутился взор Урании бесплодной,

Ожесточились и сердца людей;

На пажитях, где прежде Афродита

Играла складками своих одежд,

Не раз бывала втоптана, разбита

поэта Лира - тщанием невежд!



Дух поэта возносился,

Справедливости алкал,

Безутешный возвратившись,

Тела он не узнавал!

И угрюмостью дичая,

Не спасённый на крови,

Слушал молча и печально,

Как смеются глухари.



И вновь дитя - нежданный сын природы,

На Лире струны нежные найдя,

Так страстно пел для Бога и народа,

Что реки поворачивали вспять!

Серебряные струны находили

Души безмолвной глушь и уголки,

И снеги падали, когда бродил он

Вдоль праздников по будням, налегке.



Взят! И властью опозорен,

Над страницею распят,

И - ату его, виновен!

Электрический разряд!

Нет, не вздрогнуло светило,

Не разверзлись небеса,

Юзом шли, не тормозили

Колесницы-колеса.



Страданиям певца нет окорота,

Они поэта явят во плоти,

Мятежная судьба, оскал решёток -

Вершины, что избранник муз достиг.

Но будто невзначай, над колыбелью,

Где спит дитя без имени, на свет

Сафо явится ворожить, и сенью

Возложит на чело поэтовый обет!



И быть может, озареньем,

Наш последний, но Поэт,

У истоков вдохнавенья

Перешлёт к тебе привет.

Музу добрую восславит

За её бесценный дар,

И векам лихим на зависть

Запоёт сквозь гром литавр!