Нет гробовой звенящей пустоты!

Автор: Скобелев


Я просыпаюсь с чувствованьем Вас,

И засыпаю с чувствованьем Вас...

Так мило, тихо, мирно во Христе,

И сердце мне поет, что смерти нет!



Нет гробовой звенящей пустоты,

Нет тягости стенающей души,

В нее вселились, воскрешая вновь -

Надежда, Вера, Счастье и Любовь!



Все обрело свой вышний - горний смысл,

Лечу в лучах животворящих Сил,

Касаюсь крыльями заоблачных вершин, -

Как стал красив преображенный мiр!



Освободился я, от пут житейских бед,

Вне Чувства этого, все суета сует!

Сие не слышит - "сонмище гробов",

Пусть мертвецы хоронят мертвецов!



От счастья плачу, светится душа,

В дар получил Источник Жизни я,

Открыла мне Любовь, что вместе с Ней,

Спасусь от вражьих - гибельных сетей.





P.S.



Я уже слышу возражения. Черствый «чересчур - умник» возражает: «Что такое любовь? Нужно сначала определить понятие любви». A корыстный, падкий на наслаждения человек думает: «Но на любовь надо отвечать... Бывает же - несчастная любовь!»



Нет, любовь не надо «определять»; достаточно однажды по-настоящему пережить ее. На нее необязательно отвечать; она сама по себе счастье; и того, кто «томится» от безответной любви, все же должно считать счастливым.



Там, где она начинается, кончается равнодушие, вялость, рассеянность, скука. Душа становится как бы раненой; однако эта рана необходима для счастья и здоровья. Онa выполняет созидательную миссию. Непроизвольно, часто даже совершенно неосознанно, человек становится собраннее; его интересы унифицируются, внимание концентрируется.



Начинается новая, интенсивная жизнь; скрытая внутренняя сила, творческая власть действуют в его душе уже по собственному побуждению. Сердце начинает воспламеняться; затем оно горит; а в точке горения - возлюбленный предмет. Из жизни как бы исчезают будни, и каждый новый день приносит надежды, желания и перспективы. Возникает новый центр жизни; возлюбленное «главное»; уютно обихоженное убежище.



Кто обладает подобным источником внутренней жизни, тот счастлив. Кто обладает таким внутренним «убежищем», тот богат. Пусть судьба его любовь сложится, «несчастливо»; пусть его жажда любви останется неутоленной, его счастье все же будет живым, а его богатство - настоящим.



Поэтому любовь подобна радости, которая светит любящему, как солнечный луч, даже сквозь страдания, заботы, неудачи и болезни. И в одиночестве любовь, есть настоящее утешение; и слеза любви блаженна. Любовь подобна радостному свету, который светит человеку изнутри и дарит ему неиссякаемое тепло.



То сердце, что чуть было не окаменело, растворяется, становится мягким, подвижным, легким, гибким, текучим. Душа становится нежной и чувствительной; она обращается с участием и пониманием ко всему свету. Поэтому любовь подобна доброте; ибо счастливому свойственна живая потребность осчастливить всех вокруг и наслаждаться чужим счастьем, как отражением собственного...



Кто любит по-настоящему, тот может вчувствоваться в возлюбленное им. Чувство и воображение соединяются; отсюда возникает новая душевная сила, нежная и зоркая одновременно, чуткая и пронизывающая: таинственная идентификация с влюбленным, интуитивное ясновидениe, безошибочное отдаленное предчувствие.



От такой любви рождаются великие поэты: Хафиз, Овидий, Петрарка, Шелли, Гете; люди, для которых каждый цветок раскрывается по-особенному, каждая пташка поет по-другому, каждый солнечный луч приносит откровение, каждое человеческое сердце открывает свои тайны,— люди любовного, бескорыстного созерцания.



Мир полон дремлющей любви. Счастлив тот, в ком она проснется и кто сумеет не упустить ее, не опошлить, а сохранить живой. Тот несет в себе источник внутреннего блаженства и око духовного откровения; счастье, чтобы осчастливить людей; свет, чтобы светить другим; вечный поток и вечную песню...



А если эта любовь к другому человеку и не находит ответа тогда ей еще надо очиститься, до полного самоотречения. Да, болью; по-другому не получается; но из этой боли счастье любви светится еще ярче. Якоб Беме писал, что как раз великое рождается в муках.