Мои учителя 2015 г

Автор: Валерий Федорченко


1

Давным-давно, ещё в далёком детстве,

Когда смеясь, играл своей судьбой,

Я среди женщин рос, и с малолетства

Любил быть с мамой, бабушкой, сестрой.

Уже с восьми лет, - мать одна растила,

И ей пришлось справляться за двоих.

Она нас очень сильно всех любила,

Но всё равно мечтал я о двоих.

2

Пусть в отчем доме был я самым младшим,

Но во дворе другой имелся взгляд.

Я часто изъявлял себя, как старший,

И в том числе с ватагою ребят.

Там, во дворе, пришлось пройти уроки

Предательства, отваги, чести, лжи.

В боях кулачных был не одинокий,

И совесть не менялась на коржи.

3

Всю жизнь я вспоминаю эти лица

Из детства, все их в памяти храню.

Давно всё было, мне уже не снится

То время, где зачал свою судьбу.

Летело время, я слегка взрослея,

В пятнадцать в Муз. училище пошёл.

Решил стать дирижёром, не жалея,

Что редкую профессию нашёл.

4

В уроках принадлежности звучаний

Учился я в глубинах у души

Лелеять сокровенность хрупких знаний,

Способную крепить мои мечты.

Романтика была, полёт терзаний,

Волнения - был целый симбиоз, -

Увязывал пути моих исканий,

С ранимостью и болью сладких грёз.

5

Теперь уже есть время подытожить,

Что мне в искусстве довелось нести.

Надеюсь, что сумел чуть-чуть умножить

Добро и многим душу обрести.

Я двадцать лет старался своей жизнью

Народам разным - лиру воспевать.

Звучанием в церковных храмах, мыслью,

Пытался в душах чувства зарождать.

6

Учителем моим был Т. Сатиев,

Во мне он терпеливо развивал

Основы, чтоб звучание мотивов

В учебных жестах рамки сохранял.

Но в жестах у меня порыв был шире,

В них словно взмах крыла всегда царил.

Максимализм мой проявлялся в стиле,

И тяжким грузом на меня давил.

7

При дирижёрских взмахах с оперением

Большого, гордо-вольного орла,-

В семнадцать правил хором, с умилением

Под сводом храма, взглядами Христа.

Мы целый пласт творений поднимали,

Хранивший дух, затерянный в веках.

Чтоб люди вновь надежду возрождали,

Добро с любовью сеяли в сердцах.

9

Уже в те годы я познал трущобу,

Которая растила комсомол.

В мою работу, в храме и учебу

Стремилась только привнести раздор.

Под прессом всех угроз об исключении,

Был вынужден свой изменять портрет.

Носил парик для перевоплощений,

Все прихожане кланялись мне в след.

10

Но время шло, и мне пора настала

Суровой жизни в армии вкусить.

Учёбу, бронь мне церковь предлагала,

Но я ушёл своей стране служить.

Служение я нёс не с автоматом.

А вновь искусством призван укреплять

В сердцах у офицеров и солдатов

Победу над собой, дух воспевать.

11

Вначале был в ансамбле дирижёром

Весь Казахстан я с ним исколесил.

Часть песен а капеллой пели хором,

Стараясь восхитить талантом мир.

Порой, с игрой, с задором, звуком песен,

С оркестром и под звоны медных труб

Давали знать солдатам: "Мир чудесен

При тяжести от воинских потуг".

12

Наставником вторым - был Елисеев!

Немало в жизнь мою идей привнёс.

Внутри мои сомнения развеяв,

Помог осуществить часть моих грёз.

В нём сочетались ум и дальновидность.

Стремясь цель обозначить, в корень зрить,

Способен проявить был разновидность

Таланта, чтобы цель свою сразить.

13

Он мне тогда помог в Москву приехать.

Способствовал во всём мне, помогал.

В развитии, чтоб я не знал помехи,

В ВУЗ поступать исправно наставлял.

Я десять лет в ансамбле проработал.

Диплом с ним мог успешно защитить.

Всю жизнь с тех пор, кем только не работал,

По сей день вижу в снах, мне не забыть...

14

Учителем была мне А.Попова.

Ко мне, как мать родная отнеслась.

Как педагог — строга была, сурова.

Как женщина — добра, имея власть.

Нисколько опыт мой не умаляя,

Сумела честь, достоинство вплести

В профессию мою, не ущемляя,-

Старалась больше сердца привнести.

15

Концерт, концерт, гастроли, как нарочно,

В стремлении всё охватить, успеть,-

Я сессию всегда сдавал досрочно,

Стараясь мир огромный разглядеть.

Всё в жизни не бывает очень гладко,

Настигла вдруг ужасная волна.

Верхом на гребне,- было очень гадко,

Пришлось познать вкус горечи сполна.

16

Ушла скоропостижно молодая,

Родная и любимая сестра.

Любимый образ, память мне лаская,

Из жизни вырвал светлые года.

Случилось, как всегда бывает, глупо,

Никак принять потерю я не мог.

Но у судьбы свои законы, - тупо,

Неумолимо может дать свой рок.

17

Концерт, концерт, опять гастроли были.

Движения вперёд бегущих ног

Меня всё дальше, дальше уносили

От горя, чтобы боль я превозмог.

Уж пробил час, мне целых двадцать восемь,

Ушли давно минувшие года.

В один из дней среди берёз и сосен,

Мне повстречалась на пути судьба.

18

И так,- моей судьбой звалась Татьяна,

Любовь нам подарила двух детей.

Она старалась, чтобы без изъяна,

В моей мечте вместился плод страстей.

Сын, дочь - двойняшки, вмиг и в одночасье,

Счастливым папой для себя я стал.

Кто скажет, если в жизни есть согласье,

Об этом мало думал, не мечтал?

19

Концерт, концерт, опять гастроли светят,

Стремительно менялся каждый миг.

Быстрее время мчалось, мои дети

Меняли с нами с каждым годом лик.

И вот, как будто с неба мне свалился,

Талантливый и мудрый педагог.

Вошёл он в мою жизнь, и я молился,-

Мне честь оказана - познать урок.

20

В. Минин для меня был мощь и глыба,

С высот таланта, мудрости своей,-

Реальность дал потрогать у изгиба

Лик музы в колыбели у страстей.

Ещё когда был юным, размышляя

Об этом, я мечтать бы не посмел, -

Петь в лучшем хоре мира, достигая

Высот в искусстве - избранных удел.

21

При имени одном, был только возглас,

Когда мне было, лишь семнадцать лет.

Теперь, как раньше, погружаясь в образ,

Я забывал: «Пришёл ли к нам рассвет?».

Был «Реквием» - А. Моцарт, В. Гаврилин,

Г. Свиридов – пели «Пушкинский венок»,

С. Рахманинов - звучала «Литургия»,

Вновь был концерт, и вновь звучал звонок.

22

Программы: Е.Нестеренко, З.Соткилава,

Р.Щедрин, Ю. Башмет, Е. Светланов, В.Спиваков.

Звучал наш хор в известных храмах мира,

Для впечатлений — слишком мало слов.

Концерт, концерт, опять гастроли были,

Да сколько же их было на пути?

В немалую часть для земного мира

Мне довелось искусство привнести.

23

Но время всё ж бежит неумолимо,

И рано, поздно, есть всему предел.

Час пробил для меня необратимо,

Чтоб в жизни я познал другой удел.

В страну, где мог я жить, творить, работать,

Нежданно революция пришла.

И сидя дома, детям майки штопать, -

Звала менять профессию судьба.

24

Куратором стал для меня - А. Тюляндин,

Он был зампредом Красного Креста.

В начале отношения наладил,

Следил, чтоб репутация взошла.

Смог позже фирму при Кресте возглавить,

И вскоре заключил я договор

О том, чтобы энергию направить, -

Чтоб в срок двух лотерей тираж прошёл.

25

Один в стране провёл я лотерею

Под флагом СОКК и КП СССР.

Мои успехи руководство грели,

От результата глаз во мне горел.

Тюляндин, как отважный воевода,

Ответственность - всю возлагал на грудь,

И я пахал с восхода до восхода,

Чтобы не подвести, не обмануть...

26

В контраст познал чиновников личины.

Вкусил объем паршивости нутра,

Где зависть, трусость, друг на друге гнили

Рвало от крючкотворности пера.

И всё же у меня успехи были.

Привлёк финансы с чистого листа

Для благотворных дел страны, России.

Для Красного Советского Креста.

27

Когда тернистый, долгий путь граничит

С пространством звука злостных языков,

В желании принизить, обезличить

Без повода и безо всяких слов,

Идёшь вперёд, успехи душит глупость,

Победа лишь фанфарами звучит.

Тщеславность, зависть, подлость, гадость, тупость

Колючками со всех сторон торчит.

28

В России было всё неоднозначно,

И бизнес непростым был в той стране.

Очередной дефолт свалился смачно,

Чтоб, кто уснул, жил меньше в полусне.

Но у меня хватило сил с партнёром

Привлечь кредиты, чувства обуздать.

Купив пять сухогрузов, я с напором

Решил свой новый бизнес развивать.

29

В Антверпене оформили мы фирму.

Создать решили брокерскую сеть.

Но время, как гарант, кричало в спину:

«Вернуть кредиты в банки не поспеть!».

Как быстро наше время пролетело.

Как ни старались, малый значил толк,

И повалился ком из беспредела,

Чтоб на всю жизнь запомнил свой урок.

30

Угрозыск, Интерпол, крыш десять, банки.

Пришлось в разборках свой оставить дом.

Как будто чрез судьбу ломились танки,

Сподручней было жить гробовщиком.

Кто сверху наблюдал, ценой стараний,

Не счёл возможным, чтобы я пропал.

Он зорко от восторга созерцаний

Мне тихо руку помощи подал.

31

Скажи, что ты безгрешен, камень брошу!

Беду даётся в жизни всем познать.

Чтоб каждый понял, ощутил всю ношу,

Сравнив, покров, любовь и благодать.

Судьбе моей, так было всем угодно,

Племянницу Бог свыше подарил.

И я с её рождения охотно

Любил, ценил и на плечах носил.

32

В ответ она ручонкой хрупкой, нежной

Мою беду подальше отвела.

Своим девичьим сердцем безмятежно

Семью мою от гроз уберегла.

Участием своим, большой любовью

Сумела веру вновь в меня вселить.

Теплом, заботой, духом, своей болью

Вернуть к работе, чтоб я начал жить.

33

Сильней, сильней сжимается пружина,

Сжимая время, дни несут в поток,

И только память наша в своей тине

На глубине лет ищет свой глоток.

Оглянешься назад - уже всё в прошлом.

Вперёд посмотришь - слишком слабый свет.

Чем чаще размышляю полуночно,

Тем проще на вопрос звучит ответ.

34

Ну что же, Бог свидетель, он единый,

И наверху видать ему видней.

Чтоб я не расслаблялся без причины,

Он подарил способность для идей.

И вновь я, словно волны рассекая,

Как будто на бегу с самим собой,

Помчался, страхи все превозмогая,

В погоню за удачей с головой.

35

Партнёром для меня один стал парень,

А. Дубодел, внимательно смотрел.

Оценивал он, сидя на диване,

Мои заслуги, в чём я преуспел.

Стоял пред ним я у его истоков,

Размах был - государственный масштаб.

Размеры всех финансовых потоков

С трудом вмещались в офис, то есть штаб.

36

В те годы вся страна была, как улей.

Все области выстраивались в ряд.

Зачёты горячее были углей,

Всем не хватало средств латать наряд.

Размер его финансовых потоков

С большим трудом вмещался в голове.

Я должен был контракты в сжатых сроках

Подписывать угодные Москве.

37

Газпром, нефтяники и министерства,

Собой являли только инструмент.

В бюджет страны мы приносили средства,

Таков был исторический момент.

Как мог, я своей скромной головою,

Старался привнести вклад и вносил.

Кто демократ, тот общему настрою

Подвержен пополнять бюджеты был.

38

Но в те года немало коммунистов

Сидело в регионах у руля,

И в силу власти, точно анархисты,

Вставляли палки в прозу бытия.

Отсюда все пустые магазины,

Чтоб с большим недовольством жил народ,

Зарплаты по полгода не платили,

В надежде - власть не выдержит, уйдёт.

39

«Любые можно помыслы принизить,

Осмеять, извратить и исказить.

Любые можно действия возвысить,

Заметить, подбодрить и восхвалить.

Людей не мало, столько же и мнений,

В суждениях вершится каждым суд.

Когда есть убеждение в решениях,

Оглядывайся меньше – не поймут».

40 (Ночной разговор)

И вот, на переходе одной власти,

Где два контракта смог я заключить,

Пришла другая власть, на пике страсти

Сказала: «Фас!» - и стала нас травить.

Я частью был тогда большой машины,

Стараясь честно из последних сил,

Не ведал - есть в политике пружины,

В тюрьму чрез мясорубку угодил.

41

В народе говорят: «Паны дерутся,

У мужиков чубы всегда летят».

И я узнал, когда паны грызутся,

Знать нужно своё место и свой ряд.

Аншлаг был для страны в спектакле этом,

Таков на всё был сверху дан наказ.

Побыв под наковальней тьмы и света,

Прошёл «Юрфак» на практике пять раз.

42

Пять лет я был в плену у треволнений.

Шесть месяцев я в клетке просидел.

Все зрители устали от смятений.

В стране моей творился беспредел.

Пришлось познать, пройти и эту школу,

Глотнуть смачней табачный аромат.

Когда в спектакле «монстр-машина-шоу»,

Сомнения в душе всегда царят.

43

Постигнув суть предвыборных кампаний

В различных регионах всей страны,

Меня давить стал груз пришедших знаний

О методах и правилах игры.

Масштаб интриг, их острота, продажность

Заставили зайти в церковный храм.

Где на себе я чувствовал всю жалкость

От взгляда, видя сверху свой бедлам.

44

Ко мне пришёл период размышлений.

Что делал, что не сделал, как живу?

Какой приоритет моих решений,

С которыми по жизни я иду.

Во мне цвет красок сильно изменился,

Не стало больше Веры в голове.

Похоже, жизнью вдоволь насладился,

А если нет, угодно лишь судьбе.

45

Осталось в прошлой жизни очень много

Событий в непростом моём пути.

Они во мне собрали часть чертога

В сознании, в глубинах у души.

Судьба меня ломала – не сломала

И раздавала щедро по серьгам.

Порой меня фортуна баловала,

А иногда давала «по мордам».

46

И всё же своей жизнью я доволен.

В фантазиях по-прежнему живу.

В себе лишь отмечаю я невольно,

Как сны меня по-прежнему влекут

В картины из ушедшей, прошлой жизни:

Концерт, гастроли, хор и вновь концерт.

В познаниях своих не стал я нищим,

Они дают мне ощутить десерт.

47

Теперь легко я окунаюсь в детство,

Гуляю в своей юности, назло.

Мой взгляд осмыслен на моё наследство

Он очень трезв, хоть это нелегко.

И пусть пока не всю испил я чашу,

Что в жизни даровала мне судьба,

От этого вкусней напиток, слаще,

Хочу сказать: «Спасибо, жизнь моя!



***