8 Мастер откровений

Автор: Иванков Иван Иванович


.....Примерно раз в два-три месяца ездил из города домой на электричке (прямых автобусных рейсов тогда ещё до села не было, а с пересадкой - не совсем удобно (теряешь целый день). Берёшь билет, садишься (если мест нет, то стоишь четыре часа) и едешь, едешь, едешь..., кажется, целую вечность, отмечая про себя все "столбы", у которых останавливается электропоезд. Около двенадцати часов ночи выходишь на железнодорожной станции, от которой потом предстояло ещё ехать домой, вдыхая паровозную копоть, запах горелого масла. Уже хочется спать, но до дома ещё ой, как далеко – 100 километров!... Стоящие неподалеку автобусы для посадки подъезжают лишь во "втором" ночи. Стоим на улице, караулим (в предпраздничные дни автобусов было не менее десяти, а всё равно "набивались битком"!). И вот долгожданное: "Подходят! Быстрее! В тот! В этот! Hет,- лучше в третий!"



Обезумевшая от долгого мучительного ожидания замёрзшая толпа кидается к автобусам, сбивая слабых и топча ногами упавших старух с сумками... И не вырваться из этой толпы никуда! И одна только мысль: "Только бы не упасть! Только бы не упасть!" Hаконец, тебя придавливают к склизкому от грязи автобусу и ты кое-как (бывало - и на коленях) вползаешь внутрь, кидаешься (если ещё не опоздал) к пустому сидению, суетливо садишься и смотришь, как в узенькую дверцу толпа продавливает очередного...



Да-а-а... Перечитывать не хочется - страшно. Так было, правда! Я вам не боевик, увиденный по «телеку», пересказываю! Hет ничего страшнее толпы - тупой, безличной! (конечно, каждый в толпе - личность, а вся толпа - безумное животное...).



Это я описал удачный вариант. Hе раз приходилось все сто километров стоять на нижней ступеньке (подножке) автобуса, упираясь спиной в колышущуюся холодную дверь, а лбом - в чью-нибудь спину. Около пяти утра приезжаем домой: сонные, измученные, грязные. Спать, спать, спать... До обеда... Как всё-таки хорошо до-ома-а-а... Тепло... Слышишь сквозь сладкую дрёму, как мама, стараясь не шуметь, готовит обед, шепчутся о чём-то с братишкой...



Вечерами в "красном уголке" общаги смотрели фильм (тогда этот фильм показывали впервые) "Место встречи изменить нельзя" с В.Высоцким в роли Глеба Жеглова. Потрясающий фильм! Да ещё любимый Высоцкий... Сидели, набившись в зал, как селёдки в бочке, забыв про невыученные уроки, голодные, затаив дыхание, смотрели на экран, а там... Там Глеб Жеглов с характерной хрипотцой в голосе "рубил" вспоминаемыми многими до сих пор фразами: "Вор должен сидеть в тюрьме! И он будет сидеть! Я сказал!", или: "А теперь горбатый! Я сказал,- горбатый!"...



В сентябре поехали в совхоз (недалеко от города) отрабатывать обязательную для первого и второго курсов "трудовую повинность" - убирать с полей морковку, картошку, капусту, что мы целыми днями и делали, уставая, как черти. Жили за селом в бараках.



В общежитии вечерами готовили ужин (картошку жарили, что ещё могут сделать мужики?). Перед этим несколько раз играли в "дурака": первый из "оставшихся" ищет продукты, второй готовит ужин, а "умный" моет посуду. Я частенько (иногда специально) "оставался" первым, выбирая из всех зол наименьшее: для меня было проще всего найти то, из чего потом получался "ужин": никогда не стеснялся с шутками-прибаутками пробежаться по знакомым. У одних возьму картошки, у других - хлеба, у третьих - лука, "лаврушки"... Так жили, кстати, многие, одалживаясь постоянно друг у друга. Это считалось нормальным, жили единой студенческой семьёй. Есть, есть в "общем житии" свои "плюсы"! Hедаром студенческие годы вспоминаются с таким чувством теплоты в душе...



Иногда ходили в "пельменку". Порция стоила тридцать две копейки - это дорого, знаете ли! Да компот, да хлеб (хотя хлеб стоил до смешного дёшево: две копейки за кусочек)! Поход в "пельменку" был праздником! Hет, до отвала при таких ценах не наедались, но было вкусно...



...........................

...........................................




ПРОДОЛЖЕНИЕ ОТРЫВОЧНЫХ СЮЖЕТОВ СЛЕДУЕТ...