Чудовище-3 гл. 22

Автор: Динна Перо


Предыдущая глава: http://www.stihi.ru/2017/03/01/11046



Некоторое время братья ехали молча.

Вновь первым заговорил Патрик:

- Этот Михам - жалкий трус. Так просто отдал такую красавицу, даже не попытался её защитить! Я бы за такую жену сражался до последнего, пока не погиб.

- Видимо, нрав этой девушки - полная противоположность её красоте, если Михам не очень-то ей дорожил.

- Она создаёт впечатление кроткой и тихой.

- И умной: на её месте было бы глупо кричать и противиться.

- Вот видишь, всё при ней: и красота, и ум и прекрасный характер.

- Но тебя, мой друг, ведь интересует только её красота, верно? Остальное ты готов ей приписать.

- Тебе хорошо так рассуждать, брат, ведь тебе матушка подыскала красивую жену. А мне каково? Я на плюгавой не женюсь на за что, лучше уж останусь без семьи до конца дней.

- Но ведь ты сам-то не красавец, как и я.

- Мужчине вовсе не обязательно быть красивым! В мужчине главное - ум, доблесть, сила. Кто скажет, что этого во мне нет?

Патрик снова развернул коня и поскакал к обозу. Решма сидела на мешках, ссутулившись и глядя перед собой в одну точку. Ей по-прежнему было страшно.

Патрик заговорил с ней, назвал своё имя, затем поинтересовался, как зовут её, затем принялся задавать другие вопросы - сколько ей лет, в каких местах она родилась, кто её родители и ещё много о чём. Она отвечала и отвечала, терпеливо и смиренно, не решаясь фыркать в ответ, хотя этот мужчина, которому на вид было не более двадцати пяти лет, уже не казался ей слишком суровым. Наоборот, он производил впечатление дружелюбного и безобидного, как будто и не вёз девушку невесть куда, возможно, на тяжёлую расправу.

Когда всадники и телега пересекли границы земель Михама и въехали на территорию Дараки, Решме стало страшно невыносимо и она заплакала. Патрик пробовал её утешать, твердя, что его матушка не так уж сурова, как многим это кажется, что раскаявшегося она способна простить, но девушка не слышала его слов и продолжала плакать.

Но возле самого княжеского дома она вытерла слёзы, решив, что примет наказание с достоинством. Патрик помог ей сойти с телеги и повёл в дом, в котором проживала его мать, он сам и его брат с женой и сыном.

Решма ощущала в себе небывалый прилив мужества, но оно выветрилось в считанные секунды, когда её ввели в большую комнату, где на высоком кресле, как на троне, восседала сама княгиня Изи. В этой женщине уже ничего не осталось от той старухи в простых одеждах, блуждавшей по лесу. На ней были одеяния из шёлка и виссона, тёмных цветов, но от этого казавшиеся ещё более дорогими и элегантными. Но более всего говорил о её обладанием властью взгляд - пронзительный и жёсткий, создававший впечатление, что эта необычная женщина способна не только читать мысли, но знать человека даже лучше, чем он сам знает себя. Когда Изи навела на Решму этот взгляд, та задрожала: "Неужели эту волчицу я так небрежно едва не задавила лошадью там, в лесу?"

- Вот, значит, какова эта любительница быстрой езды! - насмешливо и холодно произнесла Изи. - А я, признаться, не разглядела тебя. Скажи-ка мне, душечка, что это ты вообразила себе, что ты можешь безнаказанно топтать лошадью людей, пришедших в лес за лечебными травами?!

Решма собралась с духом, решив быть предельно почтительной с опасной особой, которая вполне могла даже безнаказанно умертвить её на своей территории. Прожив год с князем, Решма научилась кое-каким светским оборотам в общении с так называемой элитой, пусть даже мелкоземельной. Самым уважительным обращением во всём Гобо считалось назвать "живущий из достойных" и девушка так и произнесла:

- О, живущая из достойных, если бы я знала, что ты княгиня большой земли, я бы придержала лошадь. Но как мне было знать, если ты находилась в лесу, без свиты и в простых одеждах? Я поневоле была введена в заблуждение и сожалею об этом.

Изи сощурила глаза и они сделались ещё более насмешливыми.

- Да, действительно, тут можно ошибиться. Я на самом деле не облачаюсь в шелка, когда иду в лес, чтобы собрать лекарственные травы, чтобы поддерживать с их помощью здоровье моего дома. Но неужели тебя не учили уважению к старшим, что следует уступать дорогу тем, кто значительно превосходит тебя по возрасту?

- Но неужели княгиня должна уступать дорогу крестьянке только потому, что та старше?

- Это ты-то княгиня? - воскликнула Изи. - Я наслышана, откуда взял тебя твой муж, купив тебя у твоего брата. Ты такая же простая, как любая из моих крестьян, только что родилась в большом городе! Полноценная княгиня это та, что родилась в княжеской семье и стала женой князя, так о тебе ли это? И откуда в тебе столько спеси-то взялось, всего за год в доме князя-мужа? Но придётся с тебя эту спесь сбить. Будешь работать у меня на кухне, пока не присмиреешь немного!

У Решмы перехватило дыхание. Что? Опять на кухню, опять на чёрные работы, которыми она сполна насытилась, когда ремонтировала комнаты в пансионе? Но тогда она спасала свой дом от разорения и конфискации, она была полна азарта, придававшего ей сил, ей даже нравилось трудиться, это была как игра - бороться и победить. Она победила и получила награду - вышла замуж за князя и в его доме за год праздной жизни отвыкла от всякой работы. И теперь её снова заставят трудиться, как рабыню?!

- Не надо меня так наказывать! - робко пробормотала она. - Умоляю, отпусти меня назад, в дом моего мужа!

- Забудь о своём муже, он выдал тебя - и больше на тебя прав не имеет. Я сказала, что будешь работать на кухне - значит, будет так.