весеннее обострение

Автор: Айлинн Лэйн


Как это просто -

выйти лицом к толпе,

встать,

подставить себя под удары,

сказать: "Бейте!"

Вызвать огонь на себя - самой.

Первой -

крикнуть:

"Вперёд! Давайте!"

Стать приманкой,

громоотводом,

перевести стрелки -

с тех, кто мог оказаться

не в том месте и не в то время.

Беги,

дворняга, которую пнул бы под рёбра

примерный отец семейства, идущий с постылой работы.

Засыпай,

мальчишка,

ждущий подзатыльника от пьяной матери.

Улыбнись,

девочка -

твой любимый не заставит тебя плакать.

Он злится не на тебя.

Это я - его враг.

Я,

взывающая к его ярости,

к их ярости - ну же, выпустите её на свободу!

Не стесняйтесь.

Сегодня всё за мой счёт.

Давайте,

берите

всё, что попадётся под руку.

Мне не страшно.

Я пьяна -

чужой болью, которая теперь моя,

только моя - ни с кем не разделю.

Я захлёбываюсь ей,

забываюсь в ней,

смотрите,

моя кровь становится вином.

Ну, не молчите!

Скажите же:

"Мразь!

Ведьма!

Преступница!"

Мне не страшно.

Ведь это пустые слова.

Они сказаны не обо мне.

Боль струится по моим вискам,

и я закрываю глаза.



Мне не страшно.

Я больше не слышу слов.

Я закрыла своё сердце чужой болью,

заволокла его туманом чужой ярости.

Теперь до него

никто не сумеет добраться.

Никто не скажет:

"Маленькая, наивная девочка.

Тебе не заслужить любви,

ведь ты сама

боишься любить.

Боишься встать рядом,

а не выглядывать из-за угла;

боишься жалости,

боишься смеха в лицо,

боишься холодных глаз.

Маленькая девочка с дырой внутри.

Тебе гораздо легче любить всех на свете.

Ведь все на свете

не покинут.

Не придуривайся, глупышка.

Иди домой.

Мы ведь тебя предупреждали".



Я закрываю глаза.

Я становлюсь тенью,

маленькой тенью,

которая никому не мешает;

я становлюсь любовью,

которая вырывается из трещины в груди.

И за мгновение

до темноты,

до безмолвия,

до покоя

я как будто слышу

тихий, неуверенный детский голос:

"Подожди..."