odores

Автор: Кира Можайская


Запахов много в зловещей квартире:

Трупами – комната номер четыре,

Памятью – третья, вторая – цигаркой,

А первая пахнет воска огарком.



Пахнет Анри формалином и ядом,

Гонором польским и галльской бравадой,

Болью и проволочным корсетом,

В целом же – лабораторным скелетом.



Пахнет княжна лебединой печалью

И серебром – века началом.



Гвардия пахнет военною славой:

Фьордами – Бьярни, Семен – Полтавой,

А офицеры – андреевским флагом

И слабоумием, id est отвагой.



Лидия – в книгу оправленным миром

И наладонным седым Эльзевиром.



Атенаис – безнадежной любовью,

Той, что рифмуется с солью и кровью.



А Натали – первым балом и снегом,

Вальсом и хрупким зеленым побегом.



Пахнет Лягуша забавной косичкой,

Хитрым бельчонком, щебечущей птичкой,

Только в глазах ее – в нужное время –

Горящих древлян кричащие тени.



Медным крестом и вселенским собором,

Укрытым в подвале церковным убором,

Анафемой ереси – пламя прекрасно! –

Пахнет благой отец Афанасий.



Емеля разит предрассудком и водкой,

За ним и Прокоша следует ходко.



Рушником вышитым пахнет Сиркка,

Бабушка Даша – яблочным сидром,

Рихман, исчезнув, – пустующим местом…



Пахнет Радищев таможней и честью,

Бюстом на площади у Эрмитажа,

Дорогой – туда, назад, снова туда же, –

И поцелуем в румяную щечку…



Шарль – катастрофой. Здесь жирная точка.

(Генеалогией, злостью, войною,

Павлином, камзолом, интригой, игрою,

Но все это между скобок, внутри).

И самое главное: мэтром Анри.



Город – историей, вечером, утром ли.

Искусною смертью – все экзекуторы.

И, наконец, купоросом и водами –

Всадник, вознесшийся над народами.



Одна только Аня не пахнет ничем.

Создатель, ее ты придумал зачем?