В комнате

Автор: Алина Андреевна Проценко


Когда-то их в комнате было трое – никто не умел умирать,

Останавливаться, жалеть себя, поворачивать время вспять.

Это казалось глупо

Для шайки оживших трупов,

Бродяг из плешивой труппы,

Кому не хватило опять

Спасательных шлюпок.



Комната..! сказано громко, всего-навсего комнатушка три на три.

Рвётся гортани ущелье. Сжимается ритмом кантри

Прошлое в смятом письме –

Сгорбленный щурится, вертит пенсне в надежде хоть что-то прочесть.

Совесть – не честь.

Злоба – не месть.

«А что ж тогда мне?» – всё еще вертит пенсне.



«Ну же, – надменно командует Ли,

Тычет окурком в Гвинейский залив,

Выведенный на стене

Трещиной, как на пенсне, – сука, Десятый!».

Тот на руке, крепко сжатой,

Вырезает трезубцем круги.

Сгорбленный плачет. Ударом с ноги

Бьёт тухлый воздух, пытаясь присесть,

Имя её повторяет, как мантру.

«Художник х*ровый, что ж только шесть?

Их было девять у Данте!» –

Не унимается Ли.



Ли очень хочет налить,

Влить, опрокинуть, опустошить,

Задушить

Себя одеялом,

Потому что его всё достало.

Нервно трясется.

Печальное солнце

Жжёт его тусклый, безжизненный взгляд.



«Ты про Данте не смей – здесь уже сущий ад», –

Отзывается воплем Десятый.

Ли молчит, отбивает по стенке стаккато.

Сгорбленный курит, смотрит куда-то.



Куда-то назад,

В свое светлое будущее,

Несуществующее.





***



И снова их в комнате будет трое – не умеющих умирать,

Останавливаться, жалеть себя, поворачивать время вспять.

И это покажется глупо

Для шайки оживших трупов,

Бродяг из плешивой труппы,

Кому не хватило опять

Спасательных шлюпок.



Февраль, 2017