Пусть это всё приснилось мне...

Автор: Марина Мдивани


сказка



На том прекрасном побережье, где эвкалиптом пахнет просинь, и олеандр, склонясь к земле, сладчайшим ароматом дышит, на той земле, в каком-то веке, когда тихи на небе звёзды, и ветр вершины гор ласкает, бывала страшная гроза.

Tогда чернело синим небо, и гор черешное горнило, как будто эхом отзываясь от сизо-пепельных вершин, вещало мне , как из-под тучи, что были времена и лучше...а ты, сама коль солнца лучик, свети на мир , пронзая всё.

Светило ж, словно усмехаясь, на мир светило, невзирая на то, что крестною ладонью укрылась в непогоду я, и шум грозы всё ближе плакал, свистел мне в уши, завывая, как будто колокол далёкий пообещал сей бренный путь.

Ну что ж, красавица, пройдемся - мне указал летящий беркут то место горного обрыва, где ходят тропы знатоки. Я сразу вспомнила период финальный пары папа-мама, где Гроф производил счисленье на экстремальный мой полет.

Куда пройтись, зачем, и кто ты - я задала вопрос невинно, и чуть попозже получила от папы беркута совет. ты не ходи в грозу беспечно - ведь молний шалость не прощаем мы, те, в ответе кто за благость и безопасность всех дорог. А коль пришлось, иди смиренно, но помни, что есть твое имя, и отвечай на имя тем же, а маскарад пожертвуй в цирк.

Сказал мне беркут, улетая, и крылья черные расправив, он подхватил меня с собою, а на горах суров был род. От странной силы сберегая, он знал, что боле не придётся предупреждать меня о том же, что тенью падает на свет.

С тех пор прошло немало летий, но помню я о том совете, что беркут дал мне на прощанье , а на горах мой род стоял. Но после этого полета во мне другим осталось что-то, и это отозвалось эхом средь смеха молчаливых гор.

А в тишине вставало солнце, его лучи меня коснулись , и снова к жизни возродился сиянье-розовый рассвет.

Печалью ж сердце омрачилось, потом любовью оживилось, и перед правдою смирилось,

что это всё приснилось мне.