Убить тёщу. Лагерные хроники

Автор: Лагерные Хроники








Эта история началась с того, что тёща Бориса Васильевича Сизова уехала к сестре в Саратов, а свою дочь и зятя попросила поливать цветы и проветривать квартиру.



По средам и субботам Сизов забегал полить цветы и проветрить комнаты, потому что у жены Ольги на это никогда времени не хватало.



В тот злополучный вторник, когда жена была на работе, Борис Васильевич пригласил к тёще на квартиру Верочку, с которой был близок ещё с институтских времён.



Отпросившись у начальства, Сизов добрался на трамвае до дома тёщи, где его ждала Верочка, у которой давно уже был свой ключ.



Поскольку без шампанского и конфет свидание теряло всякий романтизм, Сизов решил сбегать в ресторан за углом, пока Верочка, у которой была квартира без удобств, примет ванну.



Ресторан открывался только через час, и Борис Васильевич помчался вдоль улицы, заглядывая в магазины и кафе.



Перебегая улицу на красный свет, он не заметил милиционера и был задержан для оформления штрафа.



Но, поскольку квитанции у стража порядка кончились, он потащил Сизова в отделение, где тот проторчал около двух часов, потому что сержант был вне себя от тупости и непонятливости задержанного.



…А Верочка, едва успев снять одежду, с удивлением и страхом услышала, как открылась входная дверь, и в квартиру вошла жена Бориса с каким-то мужчиной.



Они прошли прямо в спальню и прикрыли дверь.



Быстро одевшись и, собрав свои вещи, Верочка, трясясь всем телом, выскочила из квартиры и поспешила домой, потому что уже была не в состоянии идти на работу.



В голове, сменяя одна другую, вертелись сцены возможного кошмара, которого ей, по чисто случайности, удалось избежать.



…А Борис Васильевич, заплатив злополучный штраф, наконец-то, выбежал из милиции и, весь на нервах, помчался на квартиру тёщи, надеясь всё объяснить, брошенной им в одиночестве, любимой женщине.



По дороге он забежал в магазин, купил бутылку водки и, от пережитого волнения и унижения, выпил в подъезде почти половину.

Сразу стало легче и спокойней.



…А в это время жена Сизова Ольга, проводив любовника, решила принять ванну и устроилась в горячей воде, мурлыкая, от пережитого удовольствия, разные мелодии.



Борис Васильевич, услышав через дверь, что любимая женщина всё ещё в ванной и довольно беспечна, успокоился и присел отдышаться.



Затем он подошёл к двери ванной и, громко постучав, сказал:

-Ну, хватит там плескаться.

Я пошёл в спальню.



Ольга обмерла от ужаса, полагая, что муж за ней следил, и сейчас начнётся избиение, а может быть и что похуже.



Но муж, выпив ещё полстакана водки для окончательного успокоения, спокойно лежал в полной темноте, и Ольга, теряясь в догадках, легла рядом с ним, удивляясь его неожиданно пылким и страстным объятиям и поцелуям.



Борис Васильевич, ничего спьяну не замечая, страстно ласкал любимую женщину, а когда, наконец-то, с трудом сообразил, что это не Верочка, а, похоже, его жена, то, решил, что это у него началась белая горячка, потому что последнее время он изрядно злоупотреблял.



Но подумал об этом он, уже теряя сознание и погружаясь в глубокий беспокойный сон.



Не дожидаясь, когда муж проснётся и, радуясь, что всё обошлось, Ольга быстро оделась и побежала на работу.



…А в это время Верочка, немного придя в себя, обнаружила отсутствие обручального кольца, на что муж, конечно же, обратит внимание, и побежала к парикмахерской, где работала Ольга, жена Бориса.



Увидев через окно Ольгу на рабочем месте, она почти совсем успокоилась и, поймав такси, поехала за кольцом.



Открыв своим ключом дверь, она услышала сопение и храп из спальни и увидела там пьяного Сизова, чему очень удивилась.



Она пыталась его разбудить, но ничего из этого не вышло.



Она забрала в ванной кольцо и поехала домой, теряясь в догадках.



…Проснувшись часам к семи, Сизов долго не мог сообразить, что с ним происходит.



В памяти крутились лица жены и Верочки, с которыми он, похоже, одновременно был в постели, чего не могло быть в принципе, и это ещё больше распаляло в нём уныние и страхи.



Глотнув ещё из бутылки, Борис Васильевич стал немного соображать, почувствовал в комнате запахи женских духов и, снова ощутив желание, решил принять холодный душ, чтобы усмирить неуместное возбуждение и окончательно прийти в себя.



…А в это время его тёща, Зинаида Ивановна, вернувшаяся из Саратова после ссоры с сестрой, открыла входную дверь и, включив свет, увидела перед собой голого возбуждённого мужчину.



Будучи совсем ещё нестарой женщиной, она не могла оторвать взгляда от давно забытого зрелища, а когда нашла в себе силы поднять глаза, то обнаружила, что это нелюбимый ею зять, отчего она испытала прилив стыда и необъяснимого страха.



Чтобы как-то реабилитировать себя в своих глазах и в глазах этого негодяя, Зинаида Ивановна бросилась к раскрытому на кухне окну и стала звать на помощь, выкрикивая самые неуместные и дикие слова.



Пытаясь как-то прекратить это нелепое недоразумение и трясясь от страха и возмущения, Борис Васильевич схватил тёщу и отбросил от окна.



Но, видимо, это был совсем уже несчастливый для него день, потому что тёща ударилась головой об угол стола и свалилась без признаков жизни.



Всё остальное смешалось в голове Сизова настолько, что в себя он стал приходить только в тюремной психбольнице, где и пробыл три года после следствия и суда.



Узнав о его приключениях, зэки дали ему кличку Казанова, что абсолютно не шло к его мягкому, доброму и интеллигентному лицу.



Но клички, как и имена, люди сами себе не выбирают.