Как много тем, не нужных Человеку... дополненное

Автор: Михаил Адамов


Не раз пришлось увидеть глазу

Как превращения легки

Но не увидел я ни разу

Мечты желанной огоньки…



Любовь «слепа» — обыкновенно

Иначе вряд ли может быть

С душою вылечит мгновенно

Но кукол выбор свой — кем быть…



Спустя мгновенье, или больше

Немые в прошлом, говорят

Все мысли, думы лишь о пошлом

В ушах души виной звенят



Причина будто мне раскрылась

Чужие куклы для души

Как испытание внушилось

Как в чистом мире — барыши



Одно стремление — неважно

Всегда убьёт наверняка

Чужие куклы пьют отважно

Источник алчного божка



Душа не смеет оглянуться

Она своё дала тепло

Чужие ж могут захлебнуться

Не восприняв её добро



Ведь то, что благом здесь речётся

Порою, каверза, обман

Все куклы пьют лишь то, что пьётся

Но ожидает их — дурман



Но в одурманенном пространстве

Никто не хочет дни влачить

Сегодня мир киберпространства

Кто хочет, может всех лечить



Не нужно правды, иль диплома

Не нужен светлый кабинет

Нажал на кнопку — «сифилома»

Прочёл, здоровым дал совет



Советы, как известно многим

Дают обычно мастера

Но мастер стал для всех убогим

Советники же — детвора



Резвятся детки не внимая

Мастеровым — не навреди

Все зная, но не понимая

Сжигая правду впереди



Божки ж стремятся к процветанью

Испив из кукол свет души

Но им душа не в назиданье

Важны им только барыши



Безумство — телом наказанье

Но и у тел есть бракодел

И куклы, чаще по незнанью

Предвосхищают свой предел



Отсюда, пагуба падений

И все возможности причин

И правда лживых нападений

И ложь правдивости личин



Безумство, иль неразуменье

Одно и тоже, только вот

Лишь первое, меняя зренье

Толкает всех в круговорот



Неразуменье ж тихо смотрит

Не понимая, что к чему

И вряд ли смысл оно усмотрит

Чтоб навредить себе ль, ему



Душа подвластна ли безумью

Безумны те, кто с ним живёт

Кто учит кукол неразумью

Чтоб убивать души полет



Согласно просьбам и удавкам

Любовь открыла двери всем

Но много тех, кто здесь по справкам

Чтоб излечиться от проблем



У кукол тоже справки в моде

Они же знают — есть цена

Ведь вся валюта в переводе

Сегодня — карточка одна



Контроль доходов и расходов

И мониторинг суеты

Что нужно всем для ложных всходов

И для убийства простоты



Как прежде в моде диктатура

Иного взгляда власти нет

Электроимпульс — субкультура

Валют бумажных раритет



И сколько б карте не пылиться

Нашёлся тот, кто подберёт

Контрольно-кассовые лица

Не допускают перелёт



Не странно, в мире две дороги

Нарисовал какой-то бог

Добро и зло, как зла пороки

Ведь образ этот однобок



Цена — как много в этом слове

Из недалёкого слова

Но популярность — вес в улове

Хоть и не добрая молва



Реклама — двигатель торговли

Торговля — двигатель телес

Все это схоже с рыбной ловлей

Навалом рыб с приставкой бес



И не стремится кто-то к правде

Уж правда в жизни не важна

И оправдания тщеславны

У кукол тёмного пятна



Продать стремятся воздух в банках

Купить пустую тару дня

Да, есть счета у всех в сбербанках

И поголовная грызня



На обвинения не смотрят

Те, кто рисуют негатив

Их доктора всегда осмотрят

Про душу даже не спросив



Возможность есть у Человека

Ведь Человек — зерно души

Но куклы — смертные от века

Не верят в выход из глуши



Ни на желания не смотрят

Лишь на программу передач

Рекламу многие просмотрят

Чтоб тень заполнить днём задач



Любому идолу радушны

Любому пасквилю верны

Их обвинения тщедушны

Как полнота пустой казны



Заполнить внутренности страхом

Наполнить страхом весь удел

Уста же, заполняя прахом

Порой теряя свой предел



Способность смерти к выживанью

Известна испокон веков

Но мы стремимся ныне к знанью

Закон в котором не таков



От смерти сможем отказаться

Кричат богатые тела

Себе боясь в душе признаться

Что жизнь телесная мала



Заполонили мир делами

Стремленье к лучшему — в утиль

Ведь так прекрасно за телами

Скрывать чуть тлеющий фитиль



У дел спросили, сколько стоит

Они ответили — всего

И кто-то к знанью пришпандорил

Удел, но не закон его



Закон же скоро сам явился

Как только первый прибыл плут

Хотя скрывался он и злился

Что силы нет у его пут



Всегда находятся «герои»

Не исключением и здесь

Что расширять свои покои

Стремились, проявляя спесь



Герой, конечно, правды слово

Но героизм, что боль других

То только зависти основа

И ревность к символам благих



Зашевелились, замутились

Те воды, что чисты весьма

И слово то — «засуетились»

Заполонило все дома



А скоро массовое бремя

Законы, кодексы, права

Перевернули жизни время

И понеслась в миру молва



Все на обязанности лОжат

И на закон уже ложАт

Хоть совесть иногда и гложет

Но все правами дорожат



Не каждый вправе оправдаться

Кому-то и вина легка

А многим, на закон сослаться

И жизнь спокойна и сладка



Про правду снова позабудем

Она живёт, и право есть

Ложь переносим в смысл буден

Не вспоминая, что есть честь



Стремленья многие проходят

Взглянуть пытаются в себя

Но только солнце на заходе

Использовать опять — тебя



Возможно, это смысл жизни

Мы, наконец-то обрели

Ну нет, опять ползём, как слизни

По ДНК, по зло в крови



Как осудить того, кто в рабстве

Всю жизнь, не ведав проживёт

Но кукла, зная о коварстве

Души своей не наживёт



Бывает, могут отказаться

Ведь куклы тоже любят свет

Но в доброте на день остаться

Не в силах каждая, нет, нет



Воспоминания о прошлом

Желанье пошлое вернуть

Меняют вмиг мечты о взрослом

Цена повыше тут как тут



И променяв кусочек света

Энергии живой души

Те куклы снова ждут рассвета

Ведь им известны — барыши



Воспоминания заполнят

Собою мысленный распад

Былыми красками наполнив

Неспешно увядавший сад



Всенепременно изнывая

От прошлогоднего тепла

Как будто душу изливая

Скучают в кучах барахла



Но о предательстве ни слова

Здесь о предательстве — табу

Иль не поймать души им снова

Ни на мольбу, ни на судьбу



Как все же лицемерны лица

Что ложь возносят в высший прок

И проводник у них безлицый

Что к ним, как к куклам, так жесток



Душа уходит не прощаясь

Ей чужды пагубы вины

А остаются, возвращаясь

Те, кто и не были вольны



И лишь мгновения иные

Природу искуса сотрут

И мысли куклам, вновь чужие

Рисуют новенький маршрут



Из чувств одно — образованье

Словарь — и чувства под рукой

Определенье — оправданье

Оспорить можно, кто какой



Но Человеку здесь не сложно

Оспорить чувства перед тем

Кто выучил их осторожно

Чтоб применять по мере схем



Сложнее то, что зло законно

Ведь чувство — чистая душа

А кукол зубы беспардонно

Порой кусают малыша



Здесь не предвзятые сужденья

Но оправданий полон воз

Обычно ж — просто вожделенье

Того, кто справку не донёс



Ведь осуждение — гордыня

А издевательство — болезнь

Лечить их будет соском дыня

И ты, истерзанный, не лезь



Причины каждые отдельно

Стоят на полках ценных книг

Где, что не книга — то раненье

Что не любовь — клубок интриг



Как змеи, ядом напитавшись

Для изучения души

Кусают всех чтецов, дождавшись

Пока уснёт он в их глуши



В воспоминаниях всплывает

Что даже сказки прошлых дней

Все что добром живут, мечтают

Кто бы избавил их от змей



У кукол тоже разный стимул

Кому-то нужно потерпеть

Порою, чтоб живой не сгинул

Другого назначают петь



Тогда уж куклы друг на друга

Готовы блеять и рычать

И не напомнит это луга

Скорее ринг, зубы сточать



Способность, сети, все приправы

Вооружённость до зубов

Эх, куклы, куклы, как вы правы

У стоматолога, без слов



Ранимость — уровень ученья

Изнанка призрачности дня

Игривый стимул для мученья

Иначе — просто западня



Нет, нет, отнюдь, не та ранимость

Что искренностью светит всем

А лицемерная болтливость

Та, что познала сложность лемм



Ранимость, искренность, болтливость

Способность, сети, сложность лемм

К чему вся эта говорливость

К тому, что в жизни тьма дилемм



Бездна безбрежного цинизма

Осколки прошлых славных дней

Мыслишки злого эгоизма

Все это — только мир теней



Останки правил отслуживших

Попытки, что смирились жить

Слова до правды не доживших

Сплелись в одну тугую нить



Смех косметического плена

И слезы, как предмет витрин

Златые рамы гобеленов

Перерисованных доктрин



Красивых масок постаменты

Довольных пагубой костров

Плевки, устои, комплименты

Что стали темами шатров



Лояльность, скромность, молчаливость

Того, кто далеко от дней

Но чаще — праздная болтливость

Чтоб скрасить миг своих теней



Развалы книжные скрижалей

Повторы вторящие дням

Вообразимость дальних далей

Что недоступна их коням



Многостраничные обложки

Внутри — пустая темя дня

Чесотка языковой блошки

Что слюням мщения родня



Не склеенные, но живые

Обломки прошлых и былых

Попутчики, по жизни злые

За то, что режут пожилых



Гонимость честности и правды

Желанность тел, но не любви

Типичность, образность, и клятвы

В попытках "не продешеви"



Неровных тема уравнений

Математический экстаз

Слепая пагуба ранений

Под гимны, марши метастаз



Картинки, рамки, полу блики

Пыль антикварных голосов

Светых седеющие лики

И будни влаственных бесов



Полос обойные 51080.10122огрехи

Ворота, стены, обрешёт

Охрана золотой прорехи

Сознанье: "бог — не бережёт"



Любая, знатная филия

Любой известный гомофоб

Надёжных хваток терапия

Великий, но живой микроб



Незашифрованные лица

Перешифрованных страниц

Там, где ночует небылица

Пред посещеньем психбольниц



Путей конечных новый статус

И неподверженность мечте

Диктат, взирающий на дату

Чтоб устремиться к высоте



Колени, плач и монограммы

Красоты золочёных риз

И нищий, что приносит граммы

В надежде получить сюрприз



Лежанки, стоны, крики, вопли

Все под присмотром, по нужде

Халатик беленький окраплен

Не поддаётся кровь воде



Отходы, мусор, нечистоты

Потёртость, сбитость, кривизна

Погрешности живой работы

Чужой натуры белизна



Заводы, шлак, переработка

Густая влажность типа «смог»

Очистка только в рамках квоты

Где не пробраться, нет дорог



Колючей проволоки тонны

Секреты, тайны, пропуска

И крики крови монотонны

Секрет важней её сгустка



Станки, машины и запчасти

Колеса, рельсы, поезда

Всегда ржавеющие части

Коней жестокая узда



Траншеи проводов и воин

Экраны, ёмкости страниц

Шум словопрений, жажда боинь

И подключённый свет бойниц



Бюджеты, справки и поправки

Страх политических седин

Голосования — удавки

Чтоб своровать ещё один



Международные кривые

И полоса, что не пройти

Открытые ж границы — злые

Пожрать, пос...ть, и провезти



Научно-вызубренный казус

Для званий, чинов, диадем

Стремительно растущий базис

Чтоб навернуть ещё проблем



Ночь наркотического плена

Таблеток, капель, порошков

Стресс, как участник феномена

Жиров калорий средь белков



Наследник, труп и претенденты

Завещан правом, нет — война

Судья и двое — оппоненты

На адвокатах пелена



Бюро…, бюро…, бюрократизма

Не пыль, не иней, может тля

Одна планета, мир, отчизна

Но не одна на ней петля…



Осадок минеральной массы

Изгиб органики стекла

Обломки и штампы пластмассы

И капля..., что не дотекла



Цена всей этой бренной доли

На редкость, очень велика

У кукол не бывает воли

И эта доля им сладка



Но как же этот мир прекрасен

Не однозначен каждый день

Ведь каждому кумир назначен

Душа для кукол, свету — тень



Замерзшим — тело потеплее

Вспотевшим — холод и мороз

Добро ругается больнее

Ну и конечно — шип для роз



Все обвенчалось с выживаньем

И эволюция при нём

Любовь здесь стала оправданьем

Чтобы очистить водоём



На берегах костры и норы

Канализация реки

Властей застенчивые взоры

Не видят будто маяки



Впиталась кровь в земли пределы

Удобрен новым слоем пласт

Затоплены водоразделы

Спасает зайцев пенопласт



«Неправомерно» — не учтиво

Такое слово не в ходу

Оно противник «позитива»

А мы лишь с ним сейчас в ладу



Смеёмся — плачем по обкурке

И рекламируем «траву»

Снимая стресс тяжёлой шкурки

Продали души веществу



У вещества же, те же там же

Конечно, наши барыши

Цена рекламы — смысл продажи

Товар же дня, не беляши



Вода — источник Человека

Огню ж нужны спирты, масла

И наблюдаем век от века

Как догорает красота



Как растворяется в растворах

Как оседает, словно ил

И как в огне щелчков затвора

Мир обращается в тот тир



И перегары, перегары…

Вся жизнь с больною головой

Склады, сараи и ангары

Заполнены не той водой



Когда звезда — огонь и пламень

То свет искусственный, не свой

Задумайтесь, как он под камень

Попасть бы смог, коль не живой



Довольно долог для ночлега

Не замерзавшей мысли бег

Коллега..., будит крик, коллега

Не совершить ли нам побег...



Как вдруг, на маски расписные

Переменяя стар и млад

Ложатся тексты прописные

Про чувства к ближним, рай и ад



Тепло ушедшее от кукол

Сказаться может в барыше

Того ведут, кто б убаюкал

Внушил про смысл о багаже



Конечен путь, не вечна совесть

Пространен мир, опасна мгла

А то, что сказка эта повесть

Сказать та кукла не смогла



Проклятий множество на мире

Но все проклятья — кукол крик

Где совесть — мысли о кумире

Там бог и кукла — лик двулик



Чужие, им не знать рассвета

Пока все мысли о еде

Ведь даже строчки для завета

Подобны праведной вражде…





***



Пылинки, между двух пределов

Стараясь стать большим комком

Не замечая передала

Сияют в плошке с молоком



Забвенье жизни, что началом

Здесь опечатка, иль обман

Отказ от правды, плата налом

Зашей быстрее свой карман



Перепиши скорей историй

Толстенный, пожелтевший лик

Вместо тюрьмы, профилакторий

Не геноцид, а боевик



Не смертоносная отрава

А профилактика любви

Нет, не болото, переправа

В вишнёвом соке, не в крови



Не разрушенье, обновленье

Не опечатка, слов игра

Нет, не убой, постановленье

Нет, не наркотик, лишь игла



Ни чувства душ, ни Человечность

Как будто больше не нужны

Жизнь — временная скоротечность

Любовь и вечность — болтуны



На равных признаках и схемах

Построен новый робо-мир

Поверхность тела в биокремах

Ну а внутри калорий жир



Прокачен торс и мускул масса

Как ягодицы жернова

Завален мир, свободна касса

Железа хватит на века



Реальный бизнес непомерен

Всех покупать и продавать

Ресурс планеты перемерен

Кому копать, всем наплевать



Глаза горят при слове «уголь»

Пылают, коль услышат «газ»

Родные будто бы для кукол

И «нефть», но это под заказ



Для бедных углеводородов

Самосожжение — экстаз

Белки, жиры и углеводы

Из золота желают таз



Руда, как трупная основа

Все соки куклам отдает

Тематика руды не нова

Живую, кто-то продает



Вот барыши то где при деле

А кукол вовсе здесь не счесть

Системы, чертежи, модели

Для кукол эти схемы — лесть



Для барышей же это — право

Бумажный бизнес окупить

Оно глубоко, как канава

Что без руды лишь может жить



И заполняют…, заполняют…

Канавы, ямы, шлейфы… дно

Жизнь на бумагу подменяют

Ведь куклам жизнь, не всё ль равно



Сгорели, новые — конвейер

Истёрлись — кремы и масла

Бывает, правда, просто веер

Что остужает течь сусла



Статичность мнимого движенья

По кругу, ближе к суете

Попроще, тема обнаженья

Сложнее — мысли в пустоте



Перенаученные знаньем

Сплошные званья, ордена

Напоминают залипанье

Когда из всех всего одна



Развязка слов, шнурков, повязок

Законов новый постулат

Напряг всех мышц, сердец и связок

Как не крути, но нужен склад



Сложились числа в уравненье

Ну наконец-то, вот оно

Но снова не одно решенье

А выбирающих — полно



Как прежде, склад заполнен с верхом

О кладе речи вовсе нет

Толпа решений липнет к сверкам

Герои — к профилям монет



Цветные фантики довольны

На них герои всех времён

И барыши по полной вольны

Под разность гимнов и знамён



Но среди них уже волненье

Иерархический дебат

Одни ликуют без сомненья

Другие, нервно бьют в набат



У самомнения довольных

Достаток выше перемен

Что не смотря на вал подпольных

Всегда находят свой обмен



У недовольных же — иное

Пора претензий на слова

Меняют экспорт на ввозное

Те, что довольные весьма…



Ну, это тема для печати

Вернёмся к нашим…, так сказать

Хоть обвинений в плагиате

Нам не избегнуть, как пить дать



Искусство временного счастья

Рабочих пятен и полос

Предраспродажная основа

Толстенных нитей…, но, склероз



Забыли то, что раньше было

Какая странная игра

Опять в мешке всё то же шило

Но не заметили, ура



Мешок, двуногий, бег по кругу

Скорей не бег, а прыг-да-скок

Передавая палку другу

И шило, что уже не в прок



О мыле можно и не вспомнить

Хотя в мешке лежит всегда

И круг, что надо бы исполнить

Мешает мыльная вода…





***



Косые капли быстро мчатся

Впитать желая витамин

Впитав, желают с ним расстаться

Читая сносно: «неro-in"



Герой подумает — случайно

Наверно, этот слог возник

Поверь, случайность не случайна

Словами полн любой язык



Но тот, кто падок на героев

Проверить может их с лихвой

И слово близкое, родное

Здесь не случайно, мальчик мой



Подземных норок обустройство

Ночная жизнь тому милей

Кто выбрал в установках свойство

Банкнотных мыслей, векселей



Ведь барыши не дремлют больше

Чужая жизнь для них — родник

И куклы тоже стали тоньше

Но на поверку — тот же тик



Конечно, стали все милее

Добрее, может даже быть

Не зря же Человек мудрее

Ему достаточно здесь жить



Но для чего, скажите нужен

Кто Человеку личный враг

Зачем здоровым, кто недужен

На чистом поле вдруг овраг



Недужны, ладно, излечитесь

Лекарство выписано, нет?

Хотя здоровьем все кичитесь

Но правда что, с других планет?



Расстроен был когда-то вирус

Не зная как, не мог сказать

Сегодня ж в словаре "эфирус"

Поможет вирусу "не врать"



Эфиры, студии, дебаты

Для всех рисуют темы дня

Но почему в углу лопаты

Кого закапывать — тебя?



Конечно нет, себя, кого же

Не думай только о плохом

Лежи спокойненько на ложе

И забивай мозги треплом



При встрече с другом поделиться

Не позабудь, и новость дня

Украсит сказочные лица

Комком ненужного вранья



Ну, а потом, опять сначала

Ведь это каждый день подряд

Чего жена там прокричала

Чего там дети говорят



Ну ты ж политик увлечённый

Ну ты ж спортсмен, поверь, не лесть

И ангел смотрит удручённо

Решая, лучше уж не лезть



Франшиза — бизнесов основа

Мальки питаются гнильём

Чужому монстру сна больного

Пойдут в откорм, пойдут в наем



У социального устройства

Закон когда-то был — живём

Сегодня ж правда, как расстройство

И социальное при нём



Какие монстры, и повсюду

И ладно б между ними бой

Ну им нужны приправы к блюду

И Человек, само собой



Горбаты, тучны, одноглазы

Вонючи, липки, не чисты

Костюмчик, лицемерья фразы

Нет, нет, не монстры — то ж франты



А то, что дети погибают

Под ихним пристальным чутьём

Так это вся планета знает

Зовём мы это все — враньём



Открыл нам новое, конечно

Мы знали это без тебя

Смотри, мы ж боремся успешно

Ну, может быть себя любя



Жизнь коротка, а правда — тяжесть

А нам хотелось бы глоток

Мы не герои, с монстром свяжись

А дети — вечный же поток



Вчера, мы монстру в услуженье

Сегодня, детки подросли

Что? Правда возрождает мненье?

Любовь меняет жизнь земли?



Нет, мы привыкли с топорами

Чтоб душу кровью отвести

Про правду мы извечно знали

Любовь же, где её найти?



Любовью сыты, правдой — тоже

Как монстры были, так и есть

А время — только ценность кожи

Когда-нибудь им надоесть…





***



Грохочут прав аплодисменты

Обязан — только жалкий раб

На тротуарах киноленты

Убраться бы, но где прораб



Элитных красок эпикризы

Больничных коек роскошь сна

Спортивный день ума актрисы

Как зазубрить кусочек дна



Как пробежаться по секс-шопам

Бельишко тонкое купить

Поприравняться к мордам, ж...ам

Поднакачаться, поблудить



И у актёров та же схема

На пол не смотрит сей этюд

Где от богемы до гарема

Кривая из столов и блюд



Двойные створки, шторы, ставни

Скрывают тайный кинофильм

Но современный мир, не давний

Здесь камер больше, чем картин



Ответ на просьбы перемены

Лежит в конверте на столе

На фото позы, планы, темы

Цена и телефон, алле…



На первый раз хоть неудобно

Ну а потом пошло, пошло

Глядишь, актриса бесподобна

И у актёра не пошло



Привыкли, заработать телом

Сегодня так же, как всегда

Хоть начерти черту ты мелом

Б...дь, коль захочет, без труда



Бойцовский клуб на зло отладке

Порода в образе людей

Хоть родословная вне драки

Но пластика телес при ней



«И с первых уст спадут вторые»

Да, да, про ботокс мы друзья

Ну а пониже — бахчевые

Уста и грудь, всё это — « я »



Не о себе, поверьте, право

Девчонок жалко — груз велик

Хирург забыл размеры справа

И получился мир двулик



Стесненье снова, неудобство

Все эти вздохи, нервы, плач

Улыбки, зубки, кукол жлобство

Ну кто, скажите мне, палач



Журнальных сказок диадемы

Скандалов похоть — слава дня

Для Человека — всё дилемма

Для кукол — сладкая возня





***



Открыто-красочные будни

Свободных касс, ведомостей

Продукты — масса тел — продукты

Сегодня — жор, кумир гостей



Волнений пережитый хаос

На перепорченном холсте

С отсутствием педальки пауз

Напоминает о посте



Лень все стараются унизить

Порою, даже оскорбить

Но стоит только леность снизить

Продуктов ценность, что, взвинтить



Все заработанные деньги

Что лень пыталась нам не дать

На кулинарные ступеньки

Мы до весов готовы сдать



Привыкнув к цифрам на безмене

Мы и не смотрим на весы

Желудок пуст — равно измене

Так переводятся часы



Согласен — двигатель «прогресса»

Согласен масса тел и вес

Но что избавит люд от стресса

Как не пользительный обвес



Как не продуктов свежий привкус

Как не приправленная ложь

Как не обжорства древний искус

Что шепчет: вынь, купи, положь



Ленивый, только облизнётся

Увидев разносолов воз

Трудолюбивых же коснётся

Сегодня продуктовый спрос



Ну почему бы не подумать

Куда потратить барыши

Неужто в продуктовых сумах

Сгниют и наши малыши



Ну неужели стимул знанья

Образования предел

Цена продуктов — верх желанья

Хоть истин б кто-то захотел



Пусть хоть смешных, разнообразных

Пусть переменчивых, двойных

Но пусть далёких от всевластных

Желудков наших расписных



Далёких от сортиров верных

И от удобства их толчков

От многослойно-безразмерных

Бумажно-вафельных листков



От вёдер полновесно-тучных

Что не скрывают тел объем

Чтоб прописать развесно-штучных

И обеспечить их жильём



От свалок и помоек тихих

Что красотой своих костров

Пейзажи наполняют диких

Просторов, аромат ветров



Болезнь желудочного тракта

Как аллергия на посты

Мысль перевариванья акта

Запишет праведность в тосты



Застолье — радость наших празднеств

Но радость больше не при чём

Когда отходы наших качеств

Придутся миру палачом



***



У музыкального подмостка

Всегда навалом пестроты

Хоть конкуренция и жестка

Но писк, не ярче пустоты



Для эстетического чувства

На выбор много перемен

Хоть каждый день меняй искусство

Оно не выразит измен



Настолько люди стали тонки

При выборе красивых тем

Ещё б артисты были звонки

И не было б у них проблем



Но слава все ж не справедлива

Несёт, несёт, несёт тебя

А после бац так, горделиво

Всем о бездарности трубя



Конечно же обидно многим

Когда ты нотный ряд не знав

На сцену вышел как двуногий

А спеть не смог, хотя финал



Поэтому, нашлись умельцы

Фонэру кто-то изобрёл

И тут пошло у кукол дельце

Кто спел, кто продал, приобрёл



И барыши конечно рады

Грузовладельцы голосов

Сегодня певчие отрады

Не починяют примусов



Вознаграждение бездарных

Порабощение простых

И барыши в трудах ударных

Снимают сливок слой густых



Искрится слов огонь бенгальский

И, честно, есть внутри тепло

Но смысл все же мало-мальский

Опять в пустоты унесло



Конечно, можно рассердиться

Все так ужасно, так темно

Все алчут, жаждут, всем напиться

Хотя б чего-нибудь «в г...но»



И темы тьмы и преисподней

Всегда на языке у всех

Но дьявол тоже был свободней

Без наших миленьких утех



Он и не знал, что популярность

Его такая в свете ждёт

Что слово света «сингулярность»

На грех его когда падёт



Теперь он прячется в пустынях

Где нет завистливых и злых

Да, научал людей в гордынях

Но не писал сих курсовых



Не изучал он слова «страстность»

И применительно к мечтам

Не добавлял предлог «опасность»

Ругаясь: «тело — стыд и срам»



Все это выдумали куклы

Которым тело невтерпёж

По кругу, жизни очень круглы

Как не опасность, так галдёж



Зачем же нам весь этот искус

Мы знаем все о нем вполне

Ан нет, как сладок этот привкус

Что запрещают нам извне



А дьявол — наше отрицанье

Того, что мы же и хотим

Чтобы избегнуть порицанья

Его мы гоним и рядим



Пускай пустыня, пусть хоть полюс

Там, где желает, там живёт

Пусть присылает только бонус

За то, что каждый громко врёт



Свободных нет, все кассы в деле

Зимой, и там желают жить

Теплей оденьтесь, не в борделе

Чтобы потом не ворожить



Тяжёлых слов не нужно ныне

Все как бы облачно, легко

Вот только б мысли о сортире

Не проникали глубоко



Сортир не тот, что всем доступен

А тот, что в веществе живёт

Тот, что невидимо преступен

Когда хоть кто-то, но солжёт



Когда у творческих исчадий

Всего одно желанье — ложь

Запас важней противоядий

Ведь предусмотрен там делёж



А где делёж, там барышами

Верней количествами сих

Готовы отравлять устами

Чужих, далёких, и родных



Немало списанных историй

Легли в сценарии картин

Ответственность аудиторий

И безответственность личин



Влияние — порок искусства

И под влиянием мы все

Воззрим на кукольные чувства

Оскал, не видя в красоте…





***



Согласно полю переменной

Кричат игривые борцы

Уж прикрепили на вселенной

Свои просторы и дворцы



Завоеватели, границы

Игра с приставками, и без

Психозы — вестники больницы

Приносят с мыслью энурез



Не наигравшиеся дети

Стремятся в семьи поиграть

Но там ни джойстика, ни сети

Очки и бонусы не снять



Не заменить в супруге память

И не нажать на лбу «ресет»

Процессор вряд ли в нем отладить

Системы будто бы и нет



Ну и зачем тогда жениться

Зачем же замуж выходить

Вселенная же ждёт убийцу

Что может монстров пригвоздить



Вселенная откроет двери

Ты только верь в зерно горчиц

Тогда Вселенная поверит

Что ты важнейший из частиц



Вы полетите на край света

Бороться с несомненным злом

Зачем даны стихи завета

У…, это темы на потом



Героям можно ли влюбляться

Любовь — то слово для девиц

А мы же войны, нам сражаться

В крови и битвах падать ниц



Переступая через трупы

Разграбить стаей города

А, нет, не стаей, это ж группы

Ну, группами разграбь тогда



Продать за прибыль жизни чьи-то

И поменять на бронь и хлеб

Чтоб быть похожим на бандита

Что хлеб в крови, так это стеб



На разворованных руинах

Поставить крест живой душе

Что вместо жизни на равнинах

Кровавый след на палаше



Всё без сомненья, без тревоги

Ведь управление в руках

А что герой падёт безногий

То повторения накал



Перенося все эти виды

В своё обычное — живу

Как можно снизить аппетиты

Что возлюбили так войну



Как можно думать о страданье

Что причиняешь ты врагам

Когда не кнопок залипанье

А ты их мочишь по рогам



Конечно, вера — искуситель

Но только в тех она нашлась

Кто сам насильник и растлитель

Чрез них ж в детей она впилась



Какие сборы, гонорары…

Кому, за что, за кровь и боль?

Кошмар — распроданы кошмары

На детских душах чья-то соль



И разъедает, разъедает…

Когда конец в календаре?

Иль чей-то бизнес проседает?

Иль стало мягко на одре?



И где добра набраться детям

Когда в игре любовных тем

Мы только секс и бл...о встретим

Что поменяются затем



Опять — доходы, гонорары

И крики — мы же не глядим

Кому нужны бы ваши шмары

Ребёнок смотрит — век за ним



Основы медиа прогнозов

И гонка рейтингов меж них

Вот она пагуба гипнозов

И тех, кто продал души им



Порнографические справки

Насилье смело в каждый дом

Как может власть принять поправки

Если у власти старый том



Да, разговоры, разговоры…

А воз и ныне, скажут, там

Но те, кто воздвигал заборы

Они же родственники нам



Они же так же в наших семьях

Росли и выросли, вжились

Так почему же монстров семя

Любовь убивши, прижились



Кто воспитания преемник

Кто жизни будущей родник

Учитель — это междутемник

Родитель — для чего возник?



Кому нужны брошюрок тонны

И основательных трудов

Когда сердца у нас бетонны

Чуть меньше весят ста пудов



Когда на детское сердечко

Каким и наше было встарь

Свободно подберём уздечку

И шайбы, будто он вратарь



По-разравняем между правил

По-приуменьшим доброту

Ну вот, и миру он хозяин

С любовью здесь не вмоготу



Ты не сумеешь стать богаче

Не купишь лучшую нору

Не будет ключика к госдаче

Коль не подбросишь мишуру



Не сможешь воплотить те игры

Что приигрались по душе

Любовь и совесть — это иглы

А не патроны в калаше



Не превратишься в бизнесмена

Не отберёшь авторитет

Любовь не жизнь, она подмена

У антикваров — раритет…



Зачем себе ты сердце ранишь

Живи спокойно, между дел

Играй в войну, где всех тиранишь

И умирай, как захотел…





***



Комичность розового страха

Серьёзность синего стекла

Да, мир — частичка пыли, праха

Но ради мира, не для зла



Барыш, как прежде, у бойницы

Им даже завалили вход

У кукол же теперь глазницы

Напоминают семявход



На межпланетной переправе

Столпилось много разных лиц

С глазами узкими в оправе

И с головой, как у яиц



С типичным говором картавым

И с нетипичным полуртом

С одним большущим ухом, правым

И много Карлсонов с винтом



Такая модная причуда

Прийти не может невзначай

Кто знает, может быть и чудо

Лишь жажда страсти: «не скучай»



Конечно, правды не лишённый

Сей замечательный момент

Но бесов перепев внушённый

Прошепчет лишь — ассортимент



Ну, вот, сказать что правда это

Как будто промолчать о сём

Абонемент им куплен кем-то

А Человек живёт при всём



Ассортимент на злые лица

Давно у монстров прижился

Им с чувствами б крови напиться

И Человека не спрося



Как будто тёмные гробницы

Несмело защищают кров

Живут внутри всё те же лица

Не помня добрых, вечных слов



Смущаясь, ходят по бульварам

Сжимая злобу меж зубов

И только время, сна отваром

Страсть изживает из рабов



Невольных масс и тел сомненья

Не предвещают ничего

Пока не будят эти звенья

Боль, что как масло для того



И снова, наслажденья нега

По коже пробежалась дрожь

Сердца засыпав слоем снега

Опять в устах у страсти — ложь



Страх — как история болезни

Страх — как мечта пустых сердец

Живое чувство слов из песни

Конец сменяет на конец



Равны пороки убеждений

Легки сомнений удила

Где боль и кровь чужих ранений

Переполняет похвала



Проворной маски лживый искус

Тела сшивает и молчит

Он в западне своих амбиций

Жизнь будто любит, но влачит



Отмычки, ключики, штамповки

Пуская в ход на взлом дверей

Ложь, унижаясь до шнуровки

Готова обучать зверей



Но несомненны постулаты

И несомненен тот закон

Что жил всегда в углу палаты

Не тысяч летья, испокон



И страх, что глаз невольный странник

Не выпускает никого

Страх, что внутри, для лжи охранник

Что раскрывает воровство



И вряд ли можно сомневаться

И вряд ли стоит больше знать

Кто Человеком смог остаться

И искренность не променять



Страх, не изменник, он — гордыня

Потери личного вранья

Где безнаказанность — пустыня

И вседозволенность — судья



Такие монстры окружают

Дом Человека уж века

И страх и боль собой внушают

Чтоб дань была им велика



Жизнь монстров между Человеков

Легка, пока во лжи экстаз

Но им нужны все для ковчегов

Не знают смысла биомасс



Убийство, геноцид, сплетенья

Желанье вечности в телах

Цепочки и обрывки тленья

На чёрных, злой войны крылах



Исполнен ход, ответ подходит

Молчанье страха — тот же страх

Боль Человека в ночь уходит

Всех монстров зарывая в прах



Подумать, и забыть об этом

Не принимать на правду ложь

Не быть обманутым поэтом

И не читать всю гадость сплошь



Примите ныне покаянье

Того, кто автором кичась

Снискав снаружи обаянье

Пытался ввергнуть правду в грязь



Прошу, не думайте о ложном

Оно, как будто бы живёт

Ведь мы живём в мечтах о сложном

Но только простота не врёт



Прошу, не думайте тем паче

Что все такие, как и я

Поверьте, можно жить иначе

Лишь истину внутри любя



Не нужно думать, что повсюду

Звонят конца колокола

И не кляните вы иуду

Хоть и не прав, но не вина



Ведь всё же нет, осталась правда

Осталась искренность и честь

Кто знает, может быть уж завтра

Все позабудут, что есть: "лесть"



Расставят вновь приоритеты

Умолкнут кукол голоса

Вернутся дня авторитеты

И просветлеют небеса



Изменники ответят правде

Предатели сотрут себя

Придёт конец продажной жажде

Воскреснет тот, кто жил любя



Исчезнут мнимые стремленья

Растают ложные мечты

И мир, из призрачного тленья

Вновь причастится высоты



На Человека свет нисходит

И простота его любви

Мир к старым истинам возводит

Где нет ни брани, ни крови



Нет больше в жизни самомненья

Не слышно страшных голосов

Со светом воссоединенье

Исправит вмиг любых бесов



И каждый, злобой заражённый

Здоровой радости гонец

Не нужен крест, судьбы лишенный

Не нужен и борьбы венец



Для Человека, жизнь — стремленье

И совесть каждого лучит

Внутри живёт благословенье

Что, как родник живой журчит



У Человека нет желаний

Скорее, он их проводник

Он преисполнен пожеланий

Но совесть, вечный там родник…





***



Хороших много почему-то

Когда сторонятся, молчат

Но стоит только спеть кому-то

Как за спиной уже трещат



Забавы, хитрости повсюду

И даже праздники для них

Но праздник правды — как простуда

Для мыслей "праведных" чужих



Программа тем для разговоров

С лихвой замешана на лжи

Не нужно даже уговоров

Все темы "в топе", предложи



Загадок вечности пылился

Не долго под вуалью том

Сейчас все знают, что напился

Тот, кто построил новый дом



Ломая старые основы

Фундамент лучше проверять

Иначе, можно и оковы

Лишь приукрасить, но не снять



Личинки, рыбаки и рыба

Из всех задач ясна одна

Все рядом с берегами, ибо

Иначе будет не видна



Левобережные правее

Река не в счёт, она сама

А что одежда багровеет

Так то не кровь, а краска, Ма



Влезая выше, чем старался

Упасть желание иметь

Сказать бы можно, об...я

Но вряд ли можно это петь



Настало время для решений

Продажа прошлого — вперёд

Но где же путь без возражений

А если дальше гололёд



Скромна, учтива, с виду — верность

Но поманили, и пошла

Ах, мы забыли — лицемерность

Но кукла хороша была



Пошла и ладно, черт с тобою

Лишь яйца б только не несла

Но нет, опять нашла героя

Которого от бед спасла



Беда, конечно же, искусство

И благодарность вслед за ней

Ведь опекунство, как паскудство

Когда используется ей



И как же быть тому герою

Спасён который от вины

Отплата — меч, что под горою

Намёки будто вышины



Герой доверчив от рожденья

Но кто-то, слышим, лицемер

Ложь, то незнанье заблужденья

Она — письмо, а он — курьер



Доверчив, значит простодушен

И что такому здесь искать

Но он же праведен, воздушен

Его использовать и лгать



Так создаются и легенды

Когда изгадив чистоту

Зовут героев, зла агенты

Сменить себя на пустоту



И вот, бежим вперёд, вприпрыжку

Она, герой, и все за ней

Не позабыть бы только крышку

Чтоб закупорить газу дверь



На Человека ноль вниманья

Он все сказал, что мог сказать

А правда — только попреканье

Мы ж все свободные мечтать



Мечтать понятно, но деянье

Зачем кому-то сей задел

Когда героя злодеянье

В крови испачкает удел



Душа героя обескровив

От дела злобы и вражды

Вмиг почерствеет посуровев

И станет дальше от звезды



В дальнейшем умолчим, наверно

Зачем здесь спор, когда ясно

Черта героя — легковерно

А лицемерие — больно…





***



У равноправия проблемы

Откуда взяться же смогли

Кому-то нужен круг богемы

Кому-то — небо, журавли



Ну а закон, закон един же

И перед ним равны мы все

Икру мы чёрную едим же?

И сою тоже в колбасе



Достаток не уравновешен

Не спорю — каждому своё

Но тот, кто лжив — на вид повешен

Правдив — объедки, да тряпьё



Такая, батенька, картина

Уж лет пятьсот, как на листах

А как горит в избе лучина

Так ложь и правда на устах



Да только ложь бывает разной

Одна смеётся, да искрит

Другая ж, вместо жизни праздной

Кого обставить норовит



Вот из таких-то норовитых

И создаются власти тьмы

У них хоть боль, хоть кровь убитых

Не возымеют уж вины



Попали в тёмное влиянье

Хоть проявились по добру

Сначала ж свет, благодеянье

Но результаты поутру



А ночь бывает очень тёмной

И ни огнива, ни костра

И выбор тени черноземной

Судить навряд ли для пера



Ну а потом, все как по маслу

Как говорили люди встарь

Скопил деньжат, набрал и массу

Теперь ты — тёмный государь



Кричишь не сам, душеприказчик

Глаза не кажешь на людях

Дела земные — есть рассказчик

Ну, в общем, свинка в желудях



Конечно, есть и покаянье

Молитва, пост, прощенье зла

Вот только когти злодеянья

Не отпускают удила



Всему назначено теченье

Срок, мера, время, глубина

Сегодня принял ты решенье

Причина ж завтра не ясна



Судить себя конечно проще

Ты знаешь сам, за что и как

А вот судить того, кто тоще

Не сможет добрый, только враг



И не о том враге писалось

Что меч в руке держать готов

О том, что золото списалось

Когда «не слышал» правды ртов



Проситель, суд, вина, ответчик

Все вроде смотрится легко

Но адвокат, опять мин...чик

"Легко" так принял "глубоко"



И коридоры..., коридоры...

Без них не строится сюжет

Заборы тоже, те заборы

Но в коридорах лаза нет



Печальных взглядов Человека

Как будто здесь никто не ждал

Судья сегодня — символ века

А Человек, ну..., не догнал



Стоянка судий, суетятся...

Кому, какой сегодня ключ

А Человеку, вновь распяться

Венец, что шинам так колюч…





***



На месте многое, прибито

Нужды менять местами, нет

Забыто, значит позабыто

Но, правда, только как буклет



Никто не видит, свет торшера

Никто не знает, только ты

Вид зашторенный бельведера

И тайны, братья тишины



Украл казну иль чьё-то злато

Быстрей, быстрей тащи в нору

Налог не требует расплаты

А коль потребует — совру



Построен дом, каких не видел

До современности сей свет

Молчит и мир, что ты обидел

Своим поступком вновь рассвет



Тебе же нет до света дела

Твоё отныне дело — тьма

Хоть говорят и нет предела

Могила знает всё сама



Но не об этом мы сначала

Хотелось правду прояснить

В сём ремесле она скучала

Пока не перестала быть



Желанье барышами править

Не одного сгубили здесь

Хотя и могут всех прославить

Но коль не правда, снова лесть



Под кровлей можно не стесняться

Свет не доступен для темниц

На барышах, как царь, валяться

И пара миленьких блудниц



Ну сколько можно в это верить

Глаза повсюду, тайны нет

Так нет, найдётся, кто уверит

Топор и ватник, пара лет



Воров избегнуть проще вору

Тут и поспорить не моги

Но вор, не знает про обжору

Что не обует сам ноги



Как неприглядна стала правда

Ведь даже тот "закон воров"

Лишь переводит смысл на завтра

Где вор не тать, а буквы слов



Насильник правды, не стесняясь

Готов себя короновать

Пусть это царство не на зависть

В нем есть "закон", закон не лгать



У адвокатов же сегодня

Работы непочатый край

И вор крадёт уже спокойно

Как будто это пропуск в рай



Прикрывшись правилом обмана

Сменив закон на суету

Уж многие в дыму дурмана

Лгут хоть при деле, хоть в быту



Охрана тоже под прицелом

Но у охраны свой кумир

Они следят за всем, и в целом

Не будь воров, то был бы мир



Конечно, рыба, что повыше

Желает лучшего в кормах

Но что побольше — любит тише

Порою, даже, как в псалмах



Правопреемственность на лица

Типичность пауз между строк

Однажды в кукле усомниться

Другая сразу ищет прок



Вооружение и споры

Свобода выстрела и месть

Заборы..., снова те заборы

Которые не перелезть



Гордыни свойство — возвышенье

Иерархическая лесть

Но воровство не искушенье

Но в прошлом близко к слову «честь»



Сложить все ценное под гору

А на горе дворец с мостом

Тому, кто был когда-то вором

Но попадая, стал плутом



О чести временно забудем

Сегодня вором всех зовём

Ведь даже власть, что мы все судим

В ряды становится с ворьём



Не принимайте эти строки

Как оправдание воров

Гордыня — вор, её ж пороки

Не покидают сих дворов



Не стоит думать, что предвзятость

На воре срисовала крест

Но, правда вора — его святость

Порой уж не находит мест



Из Человека, вор не очень

Учитель был бы ничего

Но, как ни странно, очень точен

Уход, впоследствии его



А без ухода, тот же пафос

До смертных дней смотреть во двор

Помощник прежний, хитрый бахус

Язык в разносе, вор не вор



Хотя, газетные обёртки

И превозносят ряд людей

Но барышей большие свёртки

Принцесс куют и из б...ей



***



Какой есть выбор у посуды

Когда налитое вино

Не излечает от простуды

А превращает нас в г...о



И куклы, часто правду видя

Не поспешат открыть глаза

Тому, кто смело их обидев

Сменяет мысли, голоса



На рынке тел иная, правда

Там не уместен крик души

И вера в чеки овердрафта

Почище "праведной" лапши



Ненастью родственник — предвзятость

Цена, окрас, авторитет

Порою, даже чья-то "святость"

Меняет свой приоритет



Задаток смыслу не приемлем

Но доверять всегда сложней

И часто, страху тихо внемлем

Отдавши мысли западне



Потворство не заставит долго

Ни ожидать, ни исполнять

И очень часто слышим: "сколько"?

Готовы за чужое дать



Заполнена нора, карманы

Чужое, временно своё

Иные люди — наркоманы

Что не упустят вторсырье



И барахолочные будни

Продажных, хлебом не корми

Они на рынке словно блудни

Ты лишь деньгами позвени



Но переменчива картина

Не раз такая дребедень

Сегодня ты скупец, скотина

А завтра, мецената тень



Но почему никто не спросит

На ком ты заработал сё

Да потому, что каждый косит

И каждый знает всё про всё



В игре всегда гарцует случай

Не в электронной, средь людей

Здесь нет ни пауз перед кучей

Ни карты пагубных сетей



Трагичность выбора свободна

И выбирает кто кого

Бывает, что она бесплодна

Когда ты выбрал своего



Ну, а когда чужого хапнул

Судьба — такое имя есть

Считай, на спину краской капнул

Никто не видит, но не снесть



Со всей одеждой распрощавшись

Со всеми пагубами снов

Ну не стирается, начавшись

И просит, требует основ



Конечно, выбор здесь имеет

Своё предвзятое «хочу»

И все же есть, кто поумнеет

Но я о добром промолчу



Добро, не родственник желанью

И нет желаний у него

Но всё ж подобно дарованью

Тому, кто возжелал его



Изменчив замысел судьбины

Но перемены лишь внутри

Стирают красочные спины

И зажигают фитили



Сожженных листьев дыма терпкость

Волокна тела пропитав

Напоминает многим едкость.

Не жизни редкостных октав



Вот так и случай, что однажды

Решив тебя с собой свести

Попеременит смысл дважды

Что бы спасти, иль подвести



Ты можешь долго отстраняться

Молчать, кричать и бить об стол

Бес тоже может подчиняться

И даже выпить валидол



Но у терпения есть грани

И стоит только подуснуть

Тот случай, иногда с рогами

Тихонько может подпихнуть



На совесть кто сегодня смотрит

Лишь тот, кому терять ничто

Другой же, совесть и осмотрит

Чтоб не пропало бы чего



Таких, что совесть не приемлют

Не много, каждый слышит писк

Но тех, кто смело с ложью дремлют

Всегда бессменно ловит риск



Конечно, риск ведь — благородство

Сказал когда-то старый ч.рт

И куклы, прячась от уродства

Все благородные в зачёт



У Человека мало истин

А совесть, только часть души

Почти не слышит он: "корыстен"

И редко делит барыши



Не видит правоты надменных

И на предвзятость не глядит

Всегда на грани переменных

Все ждёт, что лопнет аппетит



Возможна ль алчность в Человеке

Что и с добра своё урвёт

"Добра" навалом в нашем веке

Но Человек не в нем живёт...



Он не любитель верить в вещи

И видит все как есть, и тут

Когда сжимают душу в клещи

Он не кричит — ура, салют...



Он мазохизма не фанатик

Хотя, и классика он здесь

Да и садизму он не братик

Боль не его натуры смесь



Терпи, терпи, кричат все куклы

Подарок ждёт нас впереди

Но посмотрите на их скулы

Их сводит прямо до груди



Терпимость — дар, что выше нормы

И те, кто пользуется ей

Не забывать должны о формах

Что из людей творят зверей



Да предрассудки, да старинность

Насильник вряд ли знает их

Ведь на лицо надев невинность

Он будет лучше остальных



Но можно ль удивляться детям

Что, посмотрев "насилья час"

Подобен будет он медведю

Порой, медведь добрее нас



Мы о вселенной говорили

И дети, что с мечем в руках

Чего бы в мире натворили

Коль не за жизни наши страх



Сегодня, все бессмертны — чудо

Твори, чего желаешь сам

И кладбищ спальные этюды

Как будто трапы к небесам



Никто не смертен — ложь, духовность…

Какое тонкое чутьё

Греховность тоже ложь, верховность

Вот оно наше-то житьё



Мы все из высшего сословья

Все принцы, герцогини, ах

Постойте в наших изголовьях

Пока мы будем жрать во снах



Труды всех праведников мира

То бред живого мертвеца

Мир — это праздник не кумира

А игры посреди дворца



Зачем нам чтиво истин скучных

Мы нахватались мудрых слов

Мы превратим весь мир из тучных

В спортивных, крепеньких ослов



Зачем читать, вникать и думать

Энциклопедия в руках

Ведь помогли же нам придумать

Нажал на кнопку, ух ты, ах…



Нужны, нужны, не спорю, правьте

Но у осла одна беда

Хоть мозг ему весь разб