Прокуратура просит арестовать главного подозреваемого в деле о теракте в Стокгольме. Слушания запланированы на вторник. 39-летний Рахмат Акилов был за рулем грузовика, который въехал в толпу людей. Под его колесами погибли четыре человека, еще пятнадцать — получили ранения. Как первая в Швеции террористическая атака изменила страну и ее жителей?

Если у толерантности и есть обратная сторона, то рассмотреть ее со всех ракурсов, можно в стокгольмском мигрантском гетто Ринкебю. В Швеции такие районы принято называть уязвимыми, правда его обитатели уязвленными себя чувствуют вряд ли.

Некогда тихое предместье, расположившиеся на северо-западе шведской столицы, сейчас ничего общего со Швецией, разве, что кроме валюты, не имеет. "Это очень близко от Стокгольма, совсем не далеко, но это будто два разных мира", — констатирует местный таксист Абу.

Таксист Абу и сам мигрант, бежал в Королевство из Палестины 20 лет назад, публичности не хочет и просит не снимать его лица. Когда в спешке, с одним лишь рюкзаком он впервые приехал в Швецию в середине 90-ых ни огромных социальных пособий, ни программ по трудоустройству, ни даже бесплатных курсов изучения языка – здесь не было. Наверное, поэтому, поведение мигрантов новой волны – для него сущая дикость. "Они думают, что у шведов жизнь лучше, чем у них, лучше работа, лучше условия, и государство не заботится о них так, как должно было бы. Но это бред! У них есть все возможности, чтобы расти. Они могут бесплатно учиться, могут работать как все, у них есть время, у них есть этот шанс", — продолжает Абу.

Но большинство едет в Швецию, ни чтобы использовать шанс, а чтобы получить одно из самых высоких в Европе пособий в размере 2000 крон в месяц, и бесплатную крышу над головой.

Так называемые шведские "хрущевки", построены по программе "миллион жилищ" с 65 по 74 годы прошлого века. В веке нынешнем стали домом для тех мигрантов, что приехали сюда в Швецию в поисках лучшей жизни.

Эта лучшая жизнь выходцев из Африки, Средней Азии и Ближнего Востока совсем не похожа на европейскую. Европейцев здесь и вовсе почти невозможно встретить. На улицах грязь и разруха. Ежедневно тут бьют окна и поджигают автомобили. Местные подростки открыто предлагают купить наркотики, правда, увидев камеру – предлагают побыстрее ее выключить.

На центральной площади Ринкебю из достопримечательностей разве что мусульманский центр и станция метро. В конце февраля здесь была очередная стычка с полицией. Фрау Дина Мальмстё в это время, как раз возвращалась с работы.

"Здесь стоял мужчина и он звонил в полицию, но они не хотели приезжать, потому что понимали, что их машины снова сожгут. А вон там стояла женщина, которая умоляла мигрантов не бить журналиста. И тогда вышел имам из местной мечети и только тогда это безумие прекратилось", — вспоминает Дина Мальмстё, местная жительница.

Дина, одна из немногих этнических шведов, кто все еще живет в Ринкебю. В стране, лидирующей в Евросоюзе по количеству мигрантов на душу население, о проблемах связанных с гостями из ближневосточных стран говорить не принято. После серии громких нападений на шведов, премьер-министр Стефан Левен, объяснил мигрантскую агрессию пост-травматическим синдромом, объяснив, что проблема их адаптации простых решений не имеет.

Представитель демократической партии Швеции, не согласной со столь либеральной мигрантской политикой, Матиас Карлсон в эфире одной из местных передач, называет страшные цифры.

"В настоящее время у нас в полицию поступает больше заявлений, чем когда-либо раньше: — 9% молодых женщин стали жертвами преступлений на почве секса, статистика за один год, на 65% выросло число преступлений, повлекшие смерть человека, с 2012 по 2015 гг. Количество людей, в которых стреляли, выросло в три раза с 2003 по 2013 годы", — сообщил Матиас Карлсон.

Уровень преступности, растет прямо пропорционально числу приезжающих в страну мигрантов. Лозунг Швеции – "наши двери открыты для всех", стоит понимать буквально, в рамках программы адаптации бывшим бойцам запрещенной в России ИГИЛ королевство готово предоставить кров, медицинскую помощь, пособие, работу и бесплатное обучение. К слову, школы в мигрантских кварталах, вовсе небезопасное место.

Школа Ринкебю, знаменита в первую очередь тем, что ежегодно после награждения сюда приезжают нобелевские лауреаты, пообщаться с местной детворой. Однако, это не остановило последних, чтобы сжечь родную альма-матер в 2010 году. После этого, во время реставрации шведский дизайнер Соня Ларсен была вынуждена вписать в новый облик школы противовандальные решетки.

Официальная статистика гласит, за 2015 год в Швецию прибыло 162 877 иностранцев, из них работу нашли лишь 13 тысяч человек. Остальные в большинстве своем пишут свои законы в гетто, подобных Ринкебю. Так называемая шариатская полиция запрещает девушкам ходить по улицам без отца или мужа, мужчин обязуют выполнять намаз пять раз в сутки, за непослушание могут избить или закидать камнями. В столице Швеции. В 2017 году.

Русская мигрантка Лилия живет в Швеции с 6-ти лет. Рассказывает, что для того, чтобы не ранить чувства мигрантов, в Швеции в серьез обсуждали демонтаж креста, национального символа присутствующего и на флаге страны, из морского порта. А в лютеранских церквях правительство уже создало молельни для мусульман. Мечети арендной платы не платят, в то время, как православные приходы ежемесячно перечисляют тысячи евро. Впрочем, Швеции не чужды двойные стандарты, терпимость почему-то активно проявляется лишь к мигрантам с Ближнего востока в то время, как живущие здесь русские, все чаще вместо толерантности, видят в свой адрес русофобию.

Первая в Швеции террористическая атака в сознании народа ничего не изменила. На следующий день после трагедии, мэр Стокгольма Карин Вангард призвала бороться с терроризмом с помощью любви, и еще раз напомнила, что Швеция рада каждому. Чего это может стоить государству в дальнейшим, градоначальник, к сожалению, не уточнила.