В Санкт-Петербурге задержаны семеро мигрантов из Средней Азии. Все проходят в качестве подозреваемых по делу о вербовке в ряды запрещенных в России ИГИЛ и "Джабхат ан-Нусры". Целевой аудиторией были, опять же, выходцы из среднеазиатских республик. По местам проживания уже нашли запрещенную литературу. А теперь ищут возможных соучастников, которых, вполне вероятно, очень много. Проверяют все контакты и недавние связи. Важный момент: пока у следствия "нет сведений о связи и знакомстве задержанных с исполнителем теракта в петербургском метрополитене". Но, в любом случае, ясно, что экстремисты в Северной столице действуют достаточно активно. Ведь есть подходящая среда.

Апраксин двор. Или, проще говоря, Апрашка. Один из старейших архитектурных ансамблей города. На деле — огромный вещевой рынок, где живут и торгуют сотни нелегалов из Средней Азии. Разогнать их и провести масштабную реконструкцию обещали не единожды. Вот только все никак не получается.

На старательно анимированных кадрах — разве что не город-сад: торговые пассажи, модные лофты и стеклянные крыши. Все чудеса реконструкции, которая с Апраксиным двором вопреки всем обещаниям до сих пор так и не случилась. А потому в самом сердце города — 14 гектаров — формально городской собственности, а фактически — территории бесконтрольного самоуправления, где живут по весьма своеобразным законам.

"Нехорошее это место, спросите любого петербуржца. Они боятся приближаться к этому очагу и бескультурья, и даже опасности. Многочисленных опасностей! В том числе, возможно, и террористического плана. Там не раз были задержаны радикальные экстремисты — религиозные, фанатичные и так далее", — рассказывает заместитель руководителя фракции "Справедливая Россия" в Госдуме Олег Нилов.

Справедливости ради стоит сказать, что определенной популярностью торговые ряды Апраксина двора все-таки пользуются. Тут за смешные деньги можно купить любой ширпотреб. Пусть практически одноразовые вещи — главное, дешево. Впрочем, ассортимент не ограничивается тем, что лежит на прилавках. Судя по сводкам полиции, которая регулярно проводит рейды и задержания, торгуют наркотиками, оружием и распространяют экстремистскую литературу запрещенных в России организаций.

"Без всякого сомнения, правоохранительным органам это место доставляет очень много хлопот. Потому что, если вы хотите где-то скрыться в Петербурге, то, без всякого сомнения, это Апраксин двор. Действительно, еще в 2013 году было последнее крупное дело по незаконной религиозной пропаганде. Там укрепились ячейки запрещенных в России организаций, в частности, "Хизб ут-Тахрир", — это исламисты-халифатисты", — поясняет доцент факультета международных отношений СПбГУ Александр Сотниченко.

В 2013 году обыски на территории Апраксина двора проводили по делу о призывах к террористической деятельности. Тогда на территории так называемого рынка обнаружили молельный дом, который, по данным оперативников, экстремисты использовали как штаб-квартиру для вербовки новых последователей. По данным ФСБ, речь шла о создании в городе радикальной религиозной группы. Задержали несколько сотен человек. Кого-то за нарушение миграционного законодательства просто выслали из страны, кого-то осудили и отправили в тюрьму. Но ситуация в Апраксином дворе в целом благополучнее не стала.

"Для многих крупных мегаполисов, не только для Санкт-Петербурга, это характерно: когда на рынке, где наибольшее скопление мигрантов, появляются подобные молельные комнаты. Они действуют неофициально, то есть не регистрируются как общины. И местный муфтий не может контролировать их, то есть он не имеет никакого на них влияния. И более того, они часто стремятся сохранить такую свою автономность", — подчеркивает исламовед, специалист по исламскому радикализму Раис Сулейманов.

Как именно сохраняет автономность религиозная община Апраксина двора — не секрет. Известны случаи, когда мусульманских лидеров, которые пытались призвать к порядку, с территории рынка просто выгоняли, а неоднократные предложения легализоваться, отвергали. Получается, кто и что именно проповедует в самом центре Петербурга — неизвестно. И закрытие молельной комнаты, вопреки ожиданиям, только усугубило проблему. В конце концов, для вербовки отдельные помещения совсем не обязательны.

"Если бы этот вопрос был решен, и молельных помещений было бы больше, пусть под патронажем этих двух муфитиятов и их религиозных организаций, то тогда бы контроль над этими непонятными, назовем так, проповедниками или над уммой, над мусульманами — было бы больше", — считает председатель Координационного совета мусульман Санкт-Петербурга и Ленинградской области Шамиль Мугаттаров.

Дядя совершившего теракт в петербургском метро Акбаржона Джалилова заявил: племянник ходил в мечеть. Но приверженности экстремистским взглядам никогда не высказывал. Между тем, в правоохранительных органах предполагают, что смертник с радикалами связан все-таки был. А значит, кем-то и где-то был завербован. Не исключено, что в Петербурге, где жил последние шесть лет.

И сегодняшние задержания, связаны ли были подозреваемые со смертником напрямую или все-таки нет, наверняка не будут последними.