Сегодня праздник Героев России. Ровно четверть века с того дня, как было учреждено звание Герой Российской Федерации. За 25 лет высшее государственное звание было присвоено тем, кто совершил настоящий подвиг. И это более тысячи человек. Среди них — военнослужащие, космонавты, конструкторы, спасатели, спортсмены. Есть и те, кто удостоен звания Героя посмертно. Каждому в знак особого отличия вручается Золотая Звезда.

И сегодня Владимир Путин присвоил звание Герой России старшему летчику-испытателю корпорации МиГ Михаилу Беляеву за мужество и героизм при испытании новой авиатехники. Так говорится в президентском указе. И тем же указом Орденами Мужества — посмертно — награждены журналисты Виктор Ногин и Геннадий Куринной, погибшие в Югославии в 1991-м. Корреспондент и оператор Гостелерадио СССР награждены за мужество и самоотверженность при исполнении служебного и гражданского долга. Их репортажи открыли миру правду о гражданской войне на Балканах.

Этот репортаж Виктор Ногин и Геннадий Куринной снимали незадолго до гибели, в 1991-м году. Хорватия объявляет независимость, местные сербы, а их 15 процентов населения, не желают отделяться. Полиция Хорватии и Югославская армия при поддержке ополченцев с обеих сторон ведут полномасштабную войну. Репортеры Гостелерадио СССР работали, в отличие от западных коллег, по обе стороны фронта. И у сербов, и у хорватов. Глазами репортеров войну на Балканах видели советские телезрители. Их видео покупали западные агентства.

Съемки 1 сентября 1991 года. Белград. Виктор Ногин и Геннадий Куринной провожают детей на занятия. Это последний раз, когда родные видят журналистов. Через час они снова уедут в Хорватию, на войну. Виктор Ногин тогда пообещал жене: "Я тебе обязательно позвоню из Загреба". Он не позвонил больше никогда.

Из Белграда в Загреб вела магистраль, которая до войны называлась "Братство, единство". Во время войны главная магистраль Союзной Югославии стала линией фронта. И на протяжении всей этой линии сербы и хорваты отлично знали темно-синий Opel Omega русских журналистов. Виктор Ногин отлично договаривался на блокпостах, он учил сербско-хорватский в Загребском университете.

На архивных съемках в кадре, в основном, конечно же, репортер. Редкий и какой-то роковой автопортрет оператора Куринного — он снимал панораму разрушений после боев, и в кадр попало его отражение в простреленном стекле. Что случилось с репортерами — тайна, загадка. 1 сентября 1991 года машина попала в засаду неподалеку от хорватского села Костайница.

Журналисты сняли там материал и ехали на сербскую сторону. Сербские полицейские якобы и расстреляли машину, приняв репортеров за хорватских шпионов. Впрочем, это только версия человека, который называл себя свидетелем расстрела. Якобы приказ на уничтожение журналистов отдал Ранко Бороевич, командир сербского спецотряда. Но он сам был убит во время войны.

Покореженный остов машины Ногина и Куринного потом нашли в реке. Там даже были останки трех человек, но журналистам они не принадлежали. Кассету с последним отснятым материалом вроде бы нашли в машине, вроде даже на ней был отснятый материал. Но где она сейчас — неизвестно. Вообще югославская война стала, пожалуй, первой, где целенаправленно стали убивать журналистов.

Всего на Балканах погибли более 50 репортеров. И до сих пор неизвестны обстоятельства гибели только Геннадия Куринного и Виктора Ногина. Не расследованы. Не наказаны виновные.

Памятную доску нашим коллегам открыли в сенятбре 2016 года, в Останкино. Напротив нее висит другая доска — на ней имя Анатолия Кляна, опертора Первого канала, погибшего в Донбассе. Но так вышло, что именно он работал в Югославии, сразу после гибели Ногина и Куринного. И участвовал в поиске коллег.

Виктор Ногин и Геннадий Куринной были первыми российскими по-настоящему фронтовыми журналистами и первыми, кто навечно остался в командировке. Их награда — За героизм и самоотверженность при исполнении гражданского долга — это не просто орден.

Это признание их репортерского подвига.