Еще никогда система французского правосудия не работала столь расторопно. Нынешняя скорость сравнима лишь с ритмом работы гильотины времен кровавой французской революции. О крови в буквальном смысле, правда, речь не идет, но с неугодными политическими оппонентами в канун президентских выборов во Франции там расправляться стали очень быстро. На это заточен весь админресурс, что сосредоточен в руках уходящего президента Олланда.

Так, бесспорного фаворита гонки в первом туре голосования лидера "Национального фронта" Марин Ле Пен вызвали в суд на допрос и предъявление обвинений. Дело касается давней истории якобы фиктивного найма помощников, положенных депутату Европарламента. Никогда ранее во Франции подобная история не могла бы стать поводом для судебного расследования, тем более столь срочного, но сейчас это зацепка для устранения самого мощного политического соперника. Для надежности под арест взяли ее и главу предвыборного штаба Марин Ле Пен Катрин Гризе, а заодно и охранника Тьери Лежье.

По такой же технологии ранее был "сбит" другой высоко летящий политический летчик — Франсуа Фийон. Еще месяц назад — стопроцентный победитель предстоящих во Франции президентских выборов. Сейчас — фигурант судебного расследования по подозрению в фиктивном трудоустройстве собственной жены. Да еще пресса распространяет слух, что жену Пенелопу вообще арестовали.

Когда выяснилось, что не арестовали, посыпались вопросы, почему не арестовали? Что-то не чисто. Но обыск в их квартире все же прошел. А что нашли, можно только гадать. Так или иначе, а повестки в суд обоим супругам — на 15-е и 18-е марта — все же вручили.

Такое впечатление, что политическое поле тупо зачищается под Эммануэля Макрона. Он — политический проект Франсуа Олланда.

Президентом Олланд оказался, наверное, самым слабым и бесцветным в истории Франции, но как аппаратчик, обеспечивающий себе преемника, Олланд гениален. Столь же и беспринципен. Но как это сегодня иезуитски принято в Европе, под прикрытием принципов.

Деградация стиля французской политики, впрочем, началась не с Олланда. Перелом, пожалуй, все же произошел на Саркози. Именно он первым стал использовать суды как способ политической расправы. Жертвами пали Жак Ширак и Доминик де Вильпен. Потом, как упорно говорят, все же с паса американцам со стороны того же Саркози судебное расследование жестко оборвало стремительную карьеру Доминика Стросс-Кана, стопроцентно проходящего, как все думали, в президенты Франции. Все тяжбы с американской чернокожей горничной, на честь которой он якобы импульсивно посягнул в Нью-Йорке, Стросс-Кан потом выиграл, но время прошло, а с ним проплыло мимо и президентское кресло. Выиграл нужный американцам Франсуа Олланд. Сейчас повторяется нечто подобное, а Франция опускается все ниже и ниже.

Прошли те времена, когда Франция при генерале Шарле де Голле в Елисейском дворце была в континентальной Европе законодателем политической моды. Держава, представленная в Совбезе ООН и воплощающая собой величие европейского духа — самостоятельность по отношению к НАТО, независимый военный потенциал с опорой на собственные ядерные силы, особые отношения с Москвой, дистанцирование от США и строительство франко-германских отношений, где Германия хоть и экономически чуть сильнее, но моральное и политическое лидерство у Франции. Сейчас все это уже в прошлом.

А чего стоит утрата ревностного отношения к традициям французской культуры? Сейчас Эммануэль Макрон говорит, что "французской культуры" как таковой, оказывается, уже не существует. Вместо нее теперь "культура Франции" — такая, что сложилась к сегодняшнему дню, а это уже неузнаваемо сложный коктейль с долей из восьми миллионов французских граждан-мусульман, мигрантов и претензией на универсальную толерантность.

Вот Франсуа Макрон получает из толпы яйцо в лоб. Местная политическая проза. Франция уже не та.