Они не нарушают закон, но превращают жизнь своих соседей в кошмар. В Москве процветает квартирное рейдерство. В борьбе за квадратные метры так называемые "профессиональные соседи" не гнушаются никакими методами. Случаев, когда людей буквально выкидывают на улицу, с каждым днем все больше. И, похоже, без поправок в Жилищный кодекс с этой проблемой уже не справиться.

— Зачем вы меня двигаете, мужчина, что вы делаете?

Его зовут Андрей, и у него сегодня — новоселье. Вот только гостям он не рад. Минувшую ночь мужчина провел под дверью квартиры и силой вынудил хозяев впустить его.

— Можете нам какие-то документы показать, что вы собственник квартиры?

— Вы что, дурак?

— Я — нет.

— Ну а чего вы мне глупые вопросы задаете?

В этой однушке в Митино уже живет семья Анжелики Сушковой — пять человек, в том числе ребенок и инвалид.

— Грозится, что людей каких-то вызовет, и они меня выпроводят отсюда.

А начиналось все мирно. Несколько месяцев назад Андрей появился на пороге, вежливо объяснил, что он выкупил две трети квартиры и хочет здесь жить. Но тон быстро сменился. Схема стандартная: Анжелике предложил выкупить долю по завышенной цене или продать своё за копейки и освободить квартиру.

— Это все было артистично, но на самом деле цель одна — просто нас отсюда выдворить в один момент.

То, что эти опасения рано или поздно становятся реальностью, может подтвердить Ольга Морозова. Три года ее квартира на улице Нагорной — театр боевых действий. Долевые рейдеры ломали мебель, выбрасывали личные вещи, вырывали замки, розетки, плитку, трубы и кабели.

— Трудно поверить, что три с половиной года назад это была чистейшая, уютная, красивая квартира.

Долю в квартире Ольги рейдеры так и не получили, но в суд пенсионерка идти боится.

"Меня предупредили: если я пойду в суд, то меня уничтожат — физически уничтожат. Пока я хожу в полицию, но они полиции не боятся. Вы, говорят, можете свои тома писать, мы полицию не боимся, у нас есть покровители в погонах с большими звездами", — рассказывает она.

Слова Ольги подтверждает и ее соседка по улице Нагорной Мария Саркисова. Ее терроризируют теми же методами несколько лет, но ни один вызов полиции ни задержанием, ни тем более уголовным делом не завершился.

— Он меня выгнал на балкон, закрыл, я наряд вызвала, он хотел здесь устроить пожар. Наряд приехал, я им объясняю, а он говорит: а что — мы ничего не видим!

Разные люди, разные районы Москвы, схема — одна. Квартиру или дом после смерти собственника делят на части среди наследников. Одни родственники сохраняют свою долю, другие — продают. Ее тут же подхватывают долевые рейдеры. А дальше, не стесняясь в средствах, совладельца заставляют пойти на невыгодную сделку, подселяя так называемых "профессиональных соседей" с невыносимым характером.

"Мы можем установить порядок пользования общим имуществом в квартире. Несоблюдение данного порядка повлечет за собой привлечение к административной ответственности, уплату штрафа. Но запретить ему проживать, в том числе временно, в его квартире, в его жилом помещении — в соответствии с действующим законодательством такая возможность на данный момент отсутствует", — объясняет адвокат Андрей Колесов.

В Госдуме сейчас на рассмотрении поправки в Жилищный кодекс. Пытаются для начала разобраться с микродолями — это когда, к примеру, однушку делят сразу шесть владельцев.

Тем, кого силой уже заставили продать свою часть жилья, остается через суд доказывать, что сделка была недействительной. А пока самой верной защитой от таких неприятностей остается мир в семье. Если уж дошло до дележа имущества — договариваться лучше с родственниками, а не с долевыми рейдерами.