После скандального интервью с писательницей — Нобелевским лауреатом по литературе Светланой Алексиевич, в котором она высказалась, что понимает мотивы убийц Олеся Бузины, ей позвонили известные российские пранкеры Владимир Кузнецов (Вован) и Алексей Столяров (Лексус).

В одном из телефонных розыгрышей пранкер разговаривал с Алексиевич как "министр культуры Украины Евгений Нищук". В этом разговоре, как сообщалось ранее, писательница пожелала Украине освободиться поскорее от "засилья русского мира". При этом россиян Алексиевич представляет как голодную озлобленную массу, ослепленную пропагандой, а вот на Украине, по ее словам, она ничего подобного не замечает.

Кроме того, Алексиевич польстило предложение о вручении Ордена Небесной сотни.



Спустя некоторое время пранкеры решили позвонить писательнице еще раз, но уже от имени "представителя Министерства культуры России".

С ним Алексиевич разговаривала не менее охотно, после бурных споров из-за ее высказывания назвала "Фейсбук" "известным болотом", призналась, что была шокирована вылившейся на нее агрессией и поблагодарила "российского чиновника" за поддержку.

При этом, в отличие от разговора с украинским чиновником, российскому она призналась в любви к российской культуре.

"Я люблю страну и всегда говорю, что я человек русской культуры. И что у меня как бы три дома – Украина, Беларусь и великая русская культура великая. И я никогда этого не отрицаю", — говорит Алексиевич.

При этом "чиновник российского Минкульта" предлагает ей организовать встречу с "Владимиром Владимировичем" (имея в виду президента России), на что писательница, еще недавно ругавшая "засилье русского мира" на Украине, охотно соглашается.

Выяснилось из разговора, что "не против" она и если ей вручат государственную награду России – например, "Орден Дружбы".

"Для меня всегда русский народ — это как бы близкий мне народ, я абсолютно не против этого", — ответила писательница на соответствующее предложение.



Кроме того, она добавила, что "о писателе надо судить по тому, что он пишет, а не потому, что иногда может вырваться". "Если бы мы судили, сколько грязи вылилось на Достоевского", — предположила Светланой Алексиевич.