Досрочные и сенсационные выборы в Британии. Сенсация состоит в том, как не добрала голосов Консервативная партия во главе с Терезой Мэй. "Упрямая леди" затеяла досрочные выборы, чтобы, напротив, увеличить представительство своей партии в парламенте и подойти к переговорам о выходе из Евросоюза с мандатом. А что же случилось в итоге? Если коротко, проиграли все.

Палата общин. На одной ее стороне восседает оппозиция, на другой — правительство. На полу — красные полосы. Даже в пылу самых жарких дебатов депутаты не могут их переступать, иначе они оказываются на расстоянии меньшем, чем скрещенные мечи, может вспыхнуть битва. Конечно, это не более чем традиция. Естественно, сейчас никто с мечами в Палату общин не приходит.

В Палате общин — 650 депутатов. Чтобы какой-то партии создать правительство единолично, надо набрать половину плюс один голос — 326 голосов. Так сколько же кто набрал? Как ни вглядывайся в столбцы, там вообще нет "Партии независимости Соединенного Королевства", той, что активнее всех агитировала за Brexit. Мавр сделал свое дело на прошлогоднем референдуме, мавр может уходить. Партия сдулась. Также оправдался прогноз "Вестей в субботу" в отношении шотландских националистов.

У националистов округа "отгрызли" и лейбористы, и консерваторы, и даже либеральные демократы. Для шотландских националистов это — провал. А значит, как и гласил наш прогноз, повторный референдум о независимости Шотландии теперь под большим вопросом.

Лидер лейбористов Джереми Корбин недавно был сама радость. Называя вещи своими именами, он, конечно, марксист, который выиграл внутренние выборы в партии, когда благодаря новым правилам в неё смогли записываться любые желающие, даже коммунисты. В Британии марксистов не жалуют. Вот его враги-консерваторы и посчитали, что расправиться с ним можно как раз на досрочных выборах. Но избиратели... Кто-то этот план — раскусил. Кто-то пленился лозунгами Корбина из серии "НДС на услуги частных школ для богатых". Кто-то просто назло консерваторам голосовал за Лейбористов во главе да хоть и с Корбином.

В итоге лейбористы здорово прибавили. Но все равно проиграли уже третьи выборы подряд. И их голосов никак не достаточно, чтобы сформировать правительство и развернуть Brexit даже и вместе с другими партиями левого толка. Больше всего голосов всё-таки у консерваторо

Но почему же и лидер консерваторов Тереза Мэй ехала к королеве за новым разрешением на формирование правительства с таким напряженным лицом? Больше того, она еще и выразила сочувствие многим своим однопартийцам.

Отдав столько голосов лейбористам, консерваторы получили только 318 мест. То есть все эти досрочные выборы они затевали, чтобы превратить свое большинство в абсолютное, а получили ещё более относительное. В парламенте предыдущего созыва они преодолевали заветную планку в 326 голосов, а теперь — нет.

На практике это означает, что под вопросом оказывается традиционная тронная речь Ее Величества при открытии парламента. Такую речь королеве пишет партия-победитель. Но если у этой партии нет большинства, если парламент стал "подвешенным", то как же королеве произносить речь о законопроектах, которые не факт что обернутся законодательством? А сейчас на кону очень многое.

Речь королевы, открытие парламента намечены на 19 июня. И на тот же день запланировано начало переговоров о Brexit. Соответственно, чтобы провести свою линию на жесткий Brexit, консерваторам надо заручиться в парламенте благосклонностью кого-то еще. Кого?

Этим "кем-то" оказалась еще одна женщина — Арлин Фостер. И ее небольшая партия "демократов-юнионистов" — из Северной Ирландии.

Ключ к будущему Европы лежит даже не в Шотландии, а в этой самой маленькой Северной Ирландии. И вот именно она и выстрелила. Но кто такие будут эти тамошние юнионисты?

Юнионисты — это те, кто за union, то есть за союз, за то, чтобы Северная Ирландия оставалась в Соединенном Королевстве и не объединялась с Республикой Ирландия. На языке сегодняшних реалий это означает, что если Республика Ирландия остаётся в Евросоюзе, то юнионисты готовы к тому, чтобы вместе с остальной Британией из него выйти. То есть, по идее, они — природные союзники Терезы Мэй и её консерваторов. Бинго!

Действительно, если добавить эти 10 голосов юнионистов из Северной Ирландии, то у консерваторов в Палате общин — уже 328 голосов — на два больше, чем требуется для формирования правительства. Но!

Лидер юнионистов миссис Фостер — ещё больший консерватор, чем Тереза Мэй. Она — против однополых браков. Консерваторы — за.

В Северной Ирландии — всё еще полный запрет на аборты. В Англии — пожалуйста. Или из мелочей: юнионисты хотят снизить НДС за туруслуги, а консерваторы — нет.

Иными словами, и планку никто не преодолел, и коалиции не получаются. Точнее так, правительственной коалиции консерваторов и юнионистов не будет. Будет только подобие блока в парламенте. Но при каждом голосовании представителей Северной Ирландии еще надо будет убеждать голосовать вместе и что-то им за это подкидывать: субсидии, дополнительные права автономии и так далее.

А всё это значит, что на переговоры с Евросоюзом о Brexit Тереза Мэй выходит ослабленной. Да, единство страны, сохранение в составе Британии Шотландии теперь, кажется, обеспечено, но единства политического класса нет. При прочих равных Brexit может оказаться и не мягким, и не жёстким, а просто выходом без каких-либо договоренностей о свободной торговле и так далее.

В Брюсселе этому где-то и рады, ведь теперь можно показывать на Британию пальцем и говорить другим сомневающимся гражданам: "Затеете такое у себя, повергнете себя в такой же хаос". Но ведь Евросоюз хочет, чтобы на выходе Лондон заплатил за прежние обязательства. А если выход обернется хлопаньем дверьми, то и в остающейся Европе начнётся новый виток споров: кто кому сколько должен, почему одни получают из бюджета ЕС меньше, чем другие. Британия всегда была в Евросоюзе диссидентом, но именно диссиденты часто и являются предсказателями.