Столичные учёные тестируют новый препарат, который подходит для лечения сразу нескольких видов рака. В отличие от химиотерапии, он действует только на повреждённые клетки. Для некоторых пациентов такое лекарство эффективней любых методов, известных современной науке. Однако в массовом производстве его пока нет.

Рассматривая фотографии летнего отдыха, Елена с трудом верит — год назад она была здорова и беззаботна. Но сегодня у нее рак, 4-я стадия. Меланома. Девушка признает, загорая, не всегда пользовалась защитным кремом.

"Почувствовала некий дискомфорт в области родинки на спине, она у меня начала чесаться и как-то быстро облазить, но эти симптомы у меня достаточно быстро прошли, поэтому я даже на них не обратила внимания", — говорит Елена Щадилова.

Болезнь обнаружили, когда появились метастазы. Опухоль удалили. Но нужные лекарства в Краснодарском крае Елена получить не смогла. Просит помощи у столичных медиков. А пока приходится собирать деньги через соцсети.

"Врачи обнаружили у меня вторую опухоль. Если я не буду принимать препарат, то у меня, грубо говоря, осталось два месяца", — грустно констатирует она.

Помочь молодой маме можно. У нее генетическая мутация, заблокировать которую может таргетный препарат. Лекарство направленного действия, которое не токсично для здоровых клеток.

"В отличие от химиотерапии, которая убивает клетку, таргетные препараты как раз восстанавливают естественную гибель клетки, которая отживает свой цикл и погибает", — поясняет Михаил Бяхов, профессор, главный онколог министерства здравоохранения Московской области.

Таргетные лекарства оказались эффективнее химиотерапии не только при меланоме. В лечении рака груди, мозга. В институте имени Герцена завершаются клинические испытания 30 новых препаратов.

Почему одному больному лекарство помогает, а для другого пациента с таким же диагнозом — абсолютно бесполезно? Ответ на этот вопрос онкологи нашли с помощью таких аппаратов. Оказалось — в одной опухоли может быть сразу несколько видов рака.

Это значит, что лечить по единому протоколу больше нельзя. Для каждого пациента рецепт подбирают индивидуально. Но настоящую революцию в онкологии должна совершить иммунотерапия.

"Мы участвуем по всем новым препаратам, которые проводят иммуностимуляцию организма при раке почки, при раке мочевого пузыря, при проявлении различных мутаций", — рассказывает Андрей Каприн, академик РАН, директор московского научно-исследовательского онкологического института имени П.А.Герцена.

Евгений получает именно такое лечение. Огромную опухоль ему удалили вместе с почкой, но через 3 года случился рецидив. Повторно оперировать нельзя, химия — неэффективна. Врачи предложили участие в эксперименте.

"Уже не приходилось задумываться или чего-то побаиваться, о чем-то волноваться. Здесь цель была одна — лечиться. Протокол — значит протокол. Исследование — значит, исследование", — считает Евгений Дворецкий, пациент МНИОИ имени П.А.Герцена.

За полгода исчезли метастазы в легких. И это без выраженных побочных эффектов. Иммунотерапия дает возможность организму самому бороться с болезнью.

"Этот препарат связывается с рецептором, который не дает опухоли уклониться от иммунного ответа. Иммунные клетки получают возможность контактировать с опухолевой клеткой и разрушать ее", — отмечает Алексей Калпинский, врач-онколог московского научно-исследовательского онкологического института имени П.А.Герцена.

Участие в клинических испытаниях предлагают больным с неоперабельными формами рака, для которых инновационное, но пока не одобренное лекарство часто последняя надежда.

"Когда мне сделали 2 капельницы, у меня все на спад пошло. У меня на половину все уменьшилось", — радуется Галина Никишова, пациентка МНИОИ имени П.А.Герцена.

Некоторые пациенты требуют от врачей лечения инновационным препаратом, отказываясь от проверенной терапии.

Это большая ошибка — уверяют онкологи. Новые методы работают только у половины больных. Почему иммунопрепараты действует избирательно, ученые пока не знают.

Но чтобы решить эту проблему в клинических испытаниях вместе с институтом Герцена участвуют десятки передовых онкоцентров по всему миру.