Один из бронзовых топориков, найденных в Хегре (Норвегия). Фото: Eirik Solheim


Могут ли несколько топоров сделать многих людей счастливыми? Да, если дело происходит в Норвегии.

В январе этого года два археолога-любителя, братья Иоаким и Йорген Корстад, обследовали с металлоискателем поле возле деревни Хегра в центральной Норвегии, в 40 км от города Тронхейм. Братьям повезло: они обнаружили в земле несколько металлических предметов, по виду довольно древних.

Посчитав, что находка может оказаться ценной, счастливые Корстады немедленно связались с археологическим советом губернии Нур-Трёнделаг. Сознательность братьев осчастливила Эйрика Сольхейма (Eirik Solheim), старшего археолога губернии. Видимо, даже в дисциплинированной Норвегии есть проблемы с черными копателями. Сольхейм публично похвалил братьев в разговоре с изданием Gemini: «Они совершенно правильно сделали, что не стали копать дальше, а вызвали уполномоченных археологов!».

Среди первых предметов, найденных братьями, оказались 9 топоров-кельтов, наконечник копья, форма для литья и обломок бронзового лура (древнескандинавский S-образный духовой инструмент, предшественник трубы). Археологи без труда определили возраст артефактов: 2500-3000 лет, поздний бронзовый век.



Рентгеновские снимки бронзовых топоров из Хегры. Фото: NTNU

В конце апреля завершилась вторая стадия раскопок, в которой участвовали специалисты музея при Научно-технологическом университете Норвегии и совета губернии Нур-Трёнделаг. Количество счастливых людей резко возросло: во-первых, профессиональные археологи привлекли к раскопкам шестерых любителей из местных, включая братьев Корстад – это в некотором роде особая честь, не каждый день ученые допускают любителей к важным исследованиям.

Во-вторых, результат совместной работы оказался, по словам норвежских археологов, сенсационным: сейчас «клад из Хегры» насчитывает 30 предметов, из которых 24 – бронзовые топоры.

«24 топора делают это открытие совершенно особым. Ни в Норвегии, ни во всей Скандинавии никогда не находили такое количество топоров, сложенных в одном месте, это уникальная находка», — говорит археолог Мерете Хенриксен (Merete Henriksen) из Научно-технологического университета Норвегии.

Поскольку находка единственная в своем роде и сравнить ее не с чем, археологи могут лишь гадать, кто и по какой причине закопал топоры и другие артефакты в чистом поле 3000 лет назад.

«Возможно, это как-то связано с древними верованиями и было частью ритуала подношения богам. Или же эти предметы просто спрятали на время, с целью вернуться позже и отправить металл на переплавку – в позднем бронзовом веке это была распространенная практика», — предположила Мерете Хенриксен.

Ученым предстоит увлекательный период изучения находки, но самым довольным, судя по заметке в Gemini, выглядит Эйрик Сольхейм. Оказывается, старший археолог губернии Нур-Трёнделаг давно мечтает создать музей в местной коммуне Схьёрдал (район, где были найдены топоры). Дело в том, что коммуна Схьёрдал – один из районов центральной Норвегии, где обнаружено огромное количество древних наскальных изображений, петроглифов. Сольхейм хотел бы достойно представить местное наскальное искусство, но не тащить же в музей оригинальные скалы и валуны с петроглифами? А показывать публике только копии и фотографии – как-то несовременно.

«Мы знаем, что в древности в этом районе было много движухи, но до сих пор для создания музея нам не хватало подлинных артефактов. И вдруг мы нашли эти топоры, и это просто за гранью наших самых смелых надежд! Топоры – это же так зрелищно и нереально круто!», — заявил Сольхейм как официальный представитель губернских властей.

Осенью ученые собираются провести третий этап раскопок на поле у Хегры, чтобы лучше понять археологический контекст находки и, возможно, разгадать причину «массового захоронения» топоров в бронзовом веке.

Надеемся, что профессионалы и любители от археологии снова поработают вместе, что Эйрик Сольхейм однажды получит столь желанный музей, а в коммуну Схьёрдал со всего мира потянутся ценители древних петроглифов и бронзовых топоров. И будет всем счастье (а заодно — эталон отношения народа к собственной истории).