Хозяйственные цепочки ахметовской группы СКМ — едва ли не последнее, что реально соединяло Украину с неподконтрольными территориями. И в их разрыве, похоже, не заинтересована ни одна из сторон конфликта
Значение и перспективы «народной» блокады грузоперевозок между Украиной и неподконтрольными Киеву территориями Донбасса поначалу мало кто оценил. Зато многие украинские эксперты сразу же заподозрили в ней олигархическую разборку. Впрочем, вычислить явного бенефициара разрыва торговых отношений до сих пор не удается.
А вот основной проигравший очевиден. Хотя «собственники украинских предприятий», взятых под контроль представителями непризнанных ДНР и ЛНР с начала этого месяца, обычно упоминаются во множественном числе, в принципе, всем понятно, о ком конкретно идет речь. Большинство предприятий на этой территории перестали быть украинскими еще в 2014 году. Сохранение украинской юрисдикции, зарплаты в гривнах, ввоз сырья и отгрузка продукции фактически через линию фронта — все это стало результатом персональных договоренностей одной финансово-промышленной группы. Были, конечно, договоренности и помельче, были и предприятия за рамками упомянутой ФПГ, однако им посчастливилось лишь «заодно» использовать механизм, созданный для холдинга СКМ.
Непотопляемый Ахметов
Компания «Систем Кэпитал Менеджмент» основана в 2000 году в Донецке и представляет собой группу компаний, из которых некоторые, в свою очередь, являются крупными холдингами. Единственный акционер СКМ — Ринат Ахметов, возглавляющий рейтинги самых богатых людей Украины на протяжении многих лет. До 2014 года он считался полновластным «хозяином Донбасса» и даже мог позволить себе прилюдно возражать президенту Виктору Януковичу. Рассказывают, что одна из их публичных пикировок на закрытом совещании достигла рекордного накала: президент якобы напомнил бизнесмену о судьбе Ходорковского, а в ответ получил предложение не забывать о финале Каддафи.
Во время событий на майдане зимой 2013–2014 годов многие всерьез рассчитывали, что Ахметов вот-вот поддержит протестующих и расклад сил в парламенте (где он имел солидную «группу поддержки» внутри фракции Партии регионов) кардинально поменяется. Возможно, для подобных надежд не было никаких серьезных оснований.
Когда после победы Майдана протестные выступления начались уже на востоке Украины, Ринат Леонидович отказался от предложения Киева стать губернатором Донецкой области и навести там порядок (другой влиятельный олигарх, Игорь Коломойский, возглавил соседнюю Днепропетровщину и сумел быстро стабилизировать там ситуацию). Ахметов же попытался занять «взвешенную» позицию и оказался между киевским молотом и сепаратистской наковальней. Власти самопровозглашенных республик постоянно угрожали «национализацией» предприятий, требовали лояльности и денег. Российские банки (по слухам) настаивали на досрочном возврате кредитов. В Украине многие не без злорадства ожидали, что крупнейшая бизнес-империя страны вот-вот посыпется.
Не посыпалась. Понеся определенные потери, Ахметов сумел со всеми договориться. Постепенно были налажены каналы поставок между предприятиями группы СКМ: из ОРДЛО (отдельных районов Донецкой и Луганской областей — так они именуются в официальных украинских документах) в направлении «большой» Украины и обратно. Вывозилась и успешно поставлялась на экспорт продукция металлургических предприятий. Бытовала даже полуфантастическая версия, что вооруженные формирования ДНР осенью 2014-го не стали штурмовать Мариуполь, чтобы не разрушать логистические схемы бизнеса Ахметова.
Болезненным вопросом оставалась закупочная цена на добываемый эскаэмовскими шахтами уголь. Создав замкнутый цикл в энергетике, компания ДТЭК, одна из основных составляющих СКМ, была заинтересована дорого продавать свой уголь своим же электростанциям, что неизбежно сказывалось на конечных тарифах для потребителей. Лоббируя высокие закупочные цены на уголь, СКМ организовывала в Киеве «акции протеста шахтеров» (по крайней мере так утверждали журналисты и следователи). Было возбуждено уголовное дело, топ-менеджеры ДТЭК ожидали обысков и арестов. Но Ахметов вновь оказался победителем. В 2016 году власть фактически выполнила требования «протестующих шахтеров» и утвердила новую методику расчета цены угля, добываемого на территории Украины, а также ОРДЛО. Какие аргументы смогли убедить государственных чиновников, до сих пор не известно.
Игра продолжается?
Имея работающие активы по обе стороны линии, разделившей Украину, Ахметов стал своего рода посредником между Киевом и сепаратистами. Вот только схемы, устраивавшие власть имущих с обеих сторон, оказались совершенно не прозрачными для общества. А справедливое возмущение этим фактом удачно использовали организаторы блокады.
Строго говоря, сегодняшний статус предприятий СКМ в ОРДЛО не вполне понятен. Холдинг официально заявил о полной потере контроля над своими активами. Из Донецка приходят вести о разграблении «ахметовского» стадиона «Донбасс Арена» и гостиницы «Донбасс Палас». В то же время представители ДНР осторожно поясняют, что речь идет не о «национализации» и не о смене собственника, а лишь о введении «внешнего управления» предприятиями до окончания украинской блокады. О мародерстве хотя бы на одном заводе СКМ пока ничего не сообщается. Нельзя исключать, что самый богатый человек Украины вновь ведет тонкую игру.
Реинтеграция под вопросом
Обосновывая свое решение о прекращении грузового сообщения с ОРДЛО, президент Украины Петр Порошенко заявил о недопустимости торговли с сепаратистами до возвращения предприятий под украинскую юрисдикцию. И в социальных сетях тут же зазвучали голоса, что глава государства, мол, «вписался» за Ахметова.
Как бы там ни было, интересы страны и акционера СКМ сейчас объективно совпадают. В случае окончательной потери предприятий в ОРДЛО Ахметову будет очень непросто реорганизовать работу оставшихся в Украине колоссальных активов. С учетом необходимости обслуживать долги по корпоративным кредитам холдинг может просто развалиться, а влияние его владельца — стремительно упасть. Если сегодня Ахметов контролирует около половины депутатов фракции «Оппозиционного блока» (причем эти депутаты все чаще голосуют синхронно с пропрезидентскими силами), то потеря такого контроля завтра может спровоцировать полноценный политический кризис и досрочные парламентские выборы.
С другой стороны, хозяйственные цепочки группы СКМ — едва ли не последнее, что реально соединяло Украину с неподконтрольными территориями на востоке. Кроме того, потеря важных объектов энергетики и металлургии может свести на нет тот экономический рост, который наконец-то был зафиксирован по итогам прошедшего года. Вместо объявленной Киевом (и, кстати, предусмотренной минскими соглашениями) «мирной реинтеграции» на горизонте замаячила дальнейшая деградация экономической инфраструктуры ОРДЛО, которая в обозримой перспективе может окончательно превратить ДНР и ЛНР в содержанок России. Похоже, что такое развитие событий не устраивает ни одну из заинтересованных сторон — ни Киев, ни Москву, ни сами непризнанные республики.
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.