Фигурант дела воспитательницы Евгении Чудновец Данил Безбородов, приговоренный к трем годам колонии за издевательство над несовершеннолетним, утверждает, что суд пошел на поводу у СКР и проигнорировал все доводы защиты
Дело вожатых
Вожатый из детского лагеря «Красные Орлы» Данил Безбородов подаст кассационную жалобу в коллегию по уголовным делам Верховного суда. Как следует из документа, копия которого есть в распоряжении РБК, Безбородов просит отменить приговор в отношении него и прекратить уголовное преследование, поскольку суды первой и апелляционной инстанции допустили существенные нарушения закона, исказившие «саму суть правосудия».
Безбородов был осужден в июне 2016 года решением Катайского районного суда на три года лишения свободы по статье «насильственные действия сексуального характера, совершенные в отношении лица, не достигшего 14-летнего возраста» (п. «б» ч. 4 ст. 132 УК). В сентябре Курганский областной суд заменил Безбородову воспитательную колонию колонией общего режима. Вместе с ним к шести годам лишения свободы была приговорена воспитательница Татьяна Куршева: ей добавили обвинение по статьям «использование несовершеннолетнего в целях изготовления порнографических материалов» и «неисполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего» (п. «в» ч. 2 ст. 242.2 и ст. 156 УК).
Безбородов и Куршева, по версии следствия, ввели несовершеннолетнему мальчику, находившемуся в лагере, карандаш в задний проход. Куршева также сняла это на камеру телефона. Позднее за репост этой видеозаписи в социальной сети Вконтакте была . После вмешательства Верховного суда и Генпрокуратуры Чудновец .
Проверка алиби
Видео предполагаемых издевательств оказалось в распоряжении СКР благодаря предпринимателю из Катайска Эрнсту Данеляну, чей сын нашел в кафе забытый телефон Куршевой. У самого Данеляна, писали и , был конфликт как с руководством детского лагеря, так и с Чудновец.
Как говорится в кассационной жалобе Безбородова, которую подготовил адвокат «Открытой России» Сергей Бадамшин, суд не стал исследовать само видео, а лишь приобщил к делу SD-карту. Также суд вопреки требованиям Уголовно-процессуального кодекса не установил, когда именно было совершено преступление: в приговоре указано, что это произошло с 25 июня по 15 июля 2015 года. При этом на изъятой карте памяти телефона наименование файлов совпадает с датой съемки.
Осужденный настаивает, что не присутствовал при съемке видео, однако следствие не приобщило к делу записи с камер видеонаблюдения и сведения биллинга мобильных телефонов, которые подтвердили бы алиби Безбородова. СКР проигнорировал и показания нескольких свидетелей, что Безбородов во время съемки видео находился в другом месте — на ежедневной планерке с вожатыми. Бадамшин подчеркивает, что в действительности в СКР обратили внимание на все эти сведения, «однако эти данные в виду обвинительной и предвзятой позиции следствия были скрыты».
327 вопросов
Главный довод обвинения, на котором строится все дело вожатых, — это показания самого потерпевшего. Однако, указывает Бадамшин, за 45 минут допроса ребенку было задано 327 вопросов, большинство из которых «носили наводящий характер и требовали односложных ответов. В среднем в минуту задавалось по 7 — 8 вопросов. Среднее время на ответ — около 8 секунд. Ни одного ответа, состоящего более, чем из одного предложения, потерпевший не дал».
В жалобе говорится, что на записи допроса видно: ребенок не говорил, что Безбородов причастен к насильственным действиям. «Все данные, приведенные в этой части в протоколе допроса, являются домыслами следователя, основанными на односложных ответах потерпевшего на множественные наводящие вопросы», — пишет Бадамшин.
Суд оставил без внимания это нарушение, а также проигнорировал, что ни один из допрошенных сотрудников лагеря или отдыхавших там детей не подтвердил, что к несовершеннолетнему применялось насилие. Напротив, в деле есть показания детей, которые рассказали, что потерпевший «неоднократно бегал по коридору отряда голым, забегал в таком виде в умывальную комнату к девочкам, совершал девиантные действия эсгибицинистской направленности».
Три записи
На изъятой карте памяти были сохранены три видео с потерпевшим. На двух из них видно, как он бегает голым по лагерю, на третьем запечатлена сцена с карандашом. Куршева в суде утверждала, что ребенок сам засунул карандаш между ягодиц, а видео она сняла в воспитательных целях, чтобы показать несовершеннолетнему, как это выглядит со стороны,
«Изучение видеороликов приводит к бесспорному выводу о надуманности доводов об издевательствах над потерпевшим, — говорится в жалобе Безбородова. — Очевидно, что он абсолютно без какого-либо принуждения бегает в обнаженном виде по помещениям отряда, при этом ведет себя исключительно свободно. Ракурс съемки, общение окружающих с оператором, реакция потерпевшего прямо указывает, что съемку осуществляет его сверстник».
В документе подчеркивается, что суд оставил без внимания выводы независимого эксперта из Южно-Уральского Государственного медицинского университета. Специалист пришел к выводу, что у потерпевшего «имеются признаки сексуальной девиации в виде формирования парафилии». Также он указал, что окончательный вывод можно делать только на основании стационарной психолого-сексологической экспертизы, которая проведена не была.
Наконец, Бадамшин обращает внимание, что статья 132 УК предполагает «удовлетворение сексуальной потребности», но суд не установил, что действия осужденных были направлены именно на это. «Сам факт принудительного обнажения потерпевшего и введения карандаша не может свидетельствовать об удовлетворении таким образом сексуальных потребностей», — подчеркивается в жалобе.