Министр образования и науки Ольга Васильева рассказала РБК на сочинском инвестиционном форуме о борьбе с плагиатом в диссертациях, об оптимизации сельских школ и прокомментировала недавние скандалы в московских школах
«Школа и педофилия вещи несовместимые»
— Уже долго идет и плагиата в диссертациях. Что делает министерство для «очистки» научных работ?
— Я могу ответить как историк. Любые изменения, потрясения, которые переживает наша страна, отражаются на социуме. Когда в силу разных причин в конце 90-х, начале нулевых изменилось отношение к диссертации, как к результату — мы получили то, что получили. Я противник любых работ, в которых есть плагиат, и полностью разделяю волнение СМИ и сообщества о том, что таких диссертаций быть не должно. Для этого сейчас, во-первых, предусмотрено новое формирование диссертационных советов. Мы смотрим, как себя зарекомендовали члены диссертационного совета, сколь велика их роль в области этого научного знания. Во-вторых, самое важное, мы разрешили вузам (сейчас это Московский и Санкт-петербургский университеты) самим принимать решение о выдаче научных степеней. Так ответственность ложится на диссертационный совет вуза. Это очень сильный стимул, чтобы подобных работ не было.
— Якобы в нескольких
педофилия. При этом ваша позиция как регулятора непонятна.
— Я думаю, что школа и педофилия вещи несовместимые. С другой стороны, любую вину может доказывать суд, а не наш с вами разговор. Все-таки презумпция невиновности у нас остается. Меру наказания и виновность человека определяет суд. Мое мнение, что, говоря о школе, тех явлениях, которые вы называете, ну, это вещи несовместимые. Должны быть, конечно, полностью исключены.
— Такой проблемы в школах нет или все-таки она имеет место быть?
— Прежде, чем человека в чем-то упрекнуть... Все-таки на себя эту ответственность берет суд, потому что презумпция невиновности для меня превыше, чем наш разговор.
«Не только приземленные материальные мотивы двигают человечеством»
— Некоторые экономисты говорят о том, что реальное финансирование системы образования сократится на 20%, а то и того больше. Насколько образование готово к сокращению бюджета?
— Давайте я, наверное, всех успокою. В 2017 году на образование выделено на 24 млрд руб. больше, чем в прошлом году. Общая сумма по программе развития образования приблизилась к 600 млрд рублей. Финансирование государственного задания для вузов увеличено на 5,7%. В цифрах это 14,6 млрд.
— Так мы можем говорить о сокращении финансирования вузов или нет?
— Нет.
— Вице-премьер Ольга Голодец говорила, что вузы все-таки недофинансированы.
— Бюджет сокращен на программу 5-100 [ российских университетов среди мировых научно-образовательных центров] на 460 млн, то есть на 6%. Но самый важный показатель для вузов — это финансирование государственного задания. Оно, повторяю, выросло на 5,7%, или же на 14,4 млрд.
— Сокращение программы 5-100 как-то скажется на ее показателях?
— Мы сделаем все возможное, чтобы бюджет на 2018–2019 годы был возвращен в прежний объем. Но вузы из программы 5-100 входят и в общую программу развития образования, а по ней, как я уже сказала, увеличение на 14,6 млрд руб.
Фото: Олег Яковлев / РБК">

Фото: Олег Яковлев / РБК
— Вы недавно сказали, что педагогические вузы впервые попадут в список опорных университетов [опорный вуз — это несколько университетов или институтов, выразивших желание объединиться в одно укрупненное образовательное учреждение]. Что это значит? Они будут к чему-то присоединены и исчезнут как класс? Или они сами выступят в роли опорных вузов?
— Дело не в статусе. Дело в значении проекта «опорный университет». Это прежде всего центр развития региона, который выполняет три задачи. Первая — экономическое развитие. Вторая — развитие науки. Третья задача — роль социокультурного центра региона. Очень сильные педагогические вузы с большой историей в Пскове, Новгороде, и в этом году они получили право попытаться заявить себя как опорные. Мы надеемся, что к тем одиннадцати опорным университетам, которые уже есть, добавятся еще девятнадцать. Наша задача, амбициозная, но реальная, чтобы уже в 2017 году в стране было 40 университетских центров, имеющих не только федеральное значение.
— Абитуриенты идут в педагогические вузы?
— Идут. Как правильно сегодня сказал губернатор Томской области, не все решают зарплаты в этой жизни. У нас впервые очень большой в этом году процент стобалльников в педагогических вузах. Я уверена, что не только приземленные материальные мотивы двигают человечеством. Педагогическая специальность также, как врач и священник — это призвание. Я уже десятки раз это говорила. Еще сегодня губернаторы делают все возможное, чтобы удержать в регионах своих молодых педагогов. Это огромные социальные программы. Ведь для современного молодого человека очень важна среда. Хотя среда важна для всех, но для молодого выпускника она особенно важна. Сколько делают регионы, чтобы эту комфортность среды создать. Потрясающие результаты в Нижнем Новгороде, Хабаровске.
«Где есть школа, там есть жизнь»
— Как себя показала программа оптимизации школ? Счетная палата недавно привела данные, из которых следует, что затраты регионов на образование, несмотря на закрытие школ, выросли, а не уменьшились.
— Оптимизация школ не является федеральной программой. Она проходила в Москве и еще в некоторых регионах. Сейчас прекращена оптимизация сельских школ. Школа — это социокультурный центр развития села. Там где есть школа, там есть жизнь.
— Когда будет введен обязательный ЕГЭ по истории? И какие изменения ждет система ЕГЭ вообще? Не планируете отказываться от такого способа проверки знаний?
— Нет, мы не откажемся от ЕГЭ. Будем совершенствовать эту систему. Она дает способным и талантливым людям возможность поступить в любой вуз страны. И я уверена, что сейчас перевести страну на шесть экзаменов, как это было когда-то, очень сложно. Что касается вопроса про историю — экзамен по отечественной истории есть в каждой стране. И разговор [о введении обязательного экзамена] идет не первый год. Думаю, что это случится не раньше 2020 года. Еще многие родители и ученики говорят о том, что было бы хорошо сдавать после девятого класса географию, потому что с географией у нас тоже проблемы. Мое глубочайшее убеждение, что без знания родного и иностранного языков, математики, литературы, истории и географии человек не может жить и существовать стране. Неважно какое дальше направление деятельности он выбирает.
— Некоторое время назад вы сказали, что в стране не хватает сварщиков. У нас действительно такой дефицит рабочих специальностей? Как исправляете ситуацию?
— Для решения этой проблемы делается многое. В том числе нашим средне-профессиональным образованием. У нас великое множество компетенций, которые можно подтянуть. Мы исходим из потребностей промышленности и производства. Еще у нас выросла заинтересованность родителей в получении сначала среднего специального образования, а потом уже высшего образования.