МВД регулярно запрашивает у школ данные об учащихся-иностранцах, чтобы выявлять нелегалов, считают в комитете «Гражданское содействие». В том числе из-за этой практики образование не получает до 25% детей приезжих
Министерство внутренних дел использует сведения, которые получает из школ, для выявления нелегальных мигрантов, говорится в докладе аналитика комитета «Гражданское содействие» Константина Троицкого. Исследование посвящено проблемам с доступом к образованию детей беженцев и трудовых мигрантов (текст есть в распоряжении РБК). Анализ проводился на основе открытых данных, материалов Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» и случаев из практики правозащитников.
До четверти детей мигрантов и беженцев не ходят в школы из-за недоверия к образовательным институтам и других проблем, считают в «Гражданском содействии». Комитет рекомендует правительству запретить силовикам требовать у образовательных учреждений сведения о миграционном статусе учащихся, создать сеть детских курсов русского языка как иностранного, а также внести в ведомственные приказы разъяснение, что право учиться имеют дети с любым миграционным статусом. РБК направил запросы в Минобрнауки и в МВД.
«Излишняя ретивость»
Школы в Москве, Санкт-Петербурге и других привлекательных для мигрантов городах находятся «под непосредственным контролем миграционных ведомств». «Такое положение складывалось примерно последние десять лет», — констатирует аналитик «Гражданского содействия». Первый публичный скандал в связи с этим возник в 2006 году: тогда органы МВД разослали по школам письма, где педагогам предписывалось отчитаться о детях с гражданством Грузии. Это объяснялось необходимостью «поддержания общественного порядка, соблюдения закона, предотвращения террористических актов и конфликтов между детьми, проживающими в Москве, и детьми грузинской национальности».
Требование МВД стало одним из пунктов жалобы Грузии на действия российских властей в Европейский суд по правам человека. В 2014 году Страсбург , постановив, что Россия нарушила статьи Европейской конвенции о праве на уважение частной и семейной жизни и о праве на свободу и личную неприкосновенность.
Тогда правительство России в ответ на аргументы грузинской стороны признало неправомерность такого сбора информации, но списало это «на излишнюю ретивость отдельных представителей власти», подчеркивается в докладе «Гражданского содействия». Но миграционные органы продолжили запрашивать у школ информацию о гражданстве и миграционном статусе детей, отмечает Троицкий. Взаимодействием со школами занималась в основном Федеральная миграционная служба (ФМС) до своего упразднения в 2016 году; после передачи ее функций МВД проблема сохранилась.
Нелегалы из 5 «Б»
В 2016 году семья подопечных комитета, беженцев из Сирии, обратилась с заявлением о приеме ребенка в школу Ногинска. Вскоре после этого к ним домой пришли полицейские, которые привлекли родителей ребенка к административной ответственности за проживание без регистрации, отмечает автор доклада. В 2015 году в прессу попало письмо из департамента образования Москвы, согласно которому школы должны были отчитываться о детях со вторым гражданством, . В Твери в 2014 году управление ФМС «провести мониторинг детей, правовой статус которых на территории Российской Федерации не урегулирован». А в 2011 году в Петербурге ФМС провела проверку в школах, по результатам которой многие учащиеся без урегулированного миграционного статуса были отчислены, говорилось в , на который ссылается «Гражданское содействие». Практика отчисления детей, у родителей которых закончилась регистрация, сохраняется в городских школах до сих пор, указывается в исследовании.
Чиновники от образования в ряде случаев не скрывали своего сотрудничества с органами миграционного контроля, рассказывает «Гражданское содействие». Так, в 2015 году замначальника УФМС по Санкт-Петербургу Дмитрий Никифоров : «Нужно отдать должное комитету по образованию и школам: с их стороны ведется тщательный контроль за легальностью нахождения в Петербурге учеников-мигрантов».
В ноябре 2016 года департамент образования Москвы в ответ на запрос правозащитников пояснил, что «вопрос об учете детей в школах города Москвы, являющихся иностранными гражданами, находится в компетенции Федеральной миграционной службы». К тому моменту ФМС уже полгода как была упразднена, однако такой ответ свидетельствовал «об «открытости» департамента образования и подведомственных ему школ миграционным ведомствам», комментирует автор доклада. Также ведомство готовило по запросам общественного совета при ФМС.
Дефицит доверия
Описанная «Гражданским содействием» практика действительно существует, рассказал РБК сопредседатель межрегионального профсоюза работников образования «Учитель» Всеволод Луховицкий. «Попытки МВД получать информацию из школ, в том числе по гражданству учеников, действительно бывают. Дальше все зависит от порядочности директора. Формально такие сведения школа не обязана давать: МВД — это не та инстанция, которую школы обязаны снабжать какой бы то ни было информацией», — отметил Луховицкий. По его словам, педагогическое сообщество эту практику замечает мало, поскольку решения принимаются на уровне директоров школ и чиновников.
Если МВД запрашивает информацию в процессе расследования, это укладывается в рамки закона, отметил в разговоре с РБК ректор Московского городского педагогического университета, бывший замминистра образования Игорь Реморенко. «Но бывает и так, что какие-то инициативные сотрудники для подготовки статистики, собирая определенные аналитические данные, также просят предоставить информацию. Мы в таких случаях обычно отказываем, ссылаясь на законодательство о персональных данных», — уточнил Реморенко.
Наличие такой практики объясняется институциональной проблемой: миграционным учетом занимается то же ведомство, что отвечает и за борьбу с преступностью, убежден президент фонда «Миграция XXI век», бывший замдиректора ФМС Вячеслав Поставнин. Из-за этого МВД пытается брать на себя излишние полномочия в миграционной сфере. При этом образование — самый эффективный путь интеграции, и затруднять к нему доступ для иностранцев неоправданно, убежден Поставнин.
«Тесное взаимодействие, а скорее подчинение школ и региональных управлений образования органам миграционного контроля вызывает серьезную озабоченность и указывает на систематическое нарушение прав ребенка в России», — отмечает Троицкий в докладе. По его словам, «доверие к школьной системе среди недокументированных, да и просто не решивших еще всех проблем со статусом мигрантов и беженцев почти отсутствует» и приводит к тому, что «многие беженцы и трудовые мигранты не отдают в школы своих детей».