Поддержав «умеренного» президента, иранцы согласились с его относительно либеральной внутренней политикой и отказом от конфронтации с Западом и соседями
Сохраняя традицию президентов, остающихся у власти в Иране на два срока, победу на последних президентских выборах одержал Хасан Рухани. Так что, несмотря на легкие сомнения по поводу того, что в этой гонке вперед мог вырваться кандидат из консервативного лагеря Эбрахим Раиси (он в итоге набрал 38%), результаты выборов подтвердили сохранение курса предыдущих четырех лет.
Партии и кандидаты
После отбора из 1636 заявок перед избирателями предстали шесть кандидатов. Вполне возможно, что руководством Ирана была предпринята попытка вывести эти выборы из традиционного биполярного противостояния «консерваторы — реформисты разных мастей». Среди кандидатов были и умеренный Хасан Рухани, и Мостафа Хашемитаба, позиционирующий себя как относительно независимого кандидата.
Несмотря на то что сам Рухани воздерживается от того, чтобы ассоциировать себя с какой-либо фракцией, в конечном итоге его поддержала именно коалиция реформистов. В его пользу снял свою кандидатуру с выборов вице-президент Эсхак Джахангири. За него же проголосовал (хотя и не снимал своей кандидатуры) и другой претендент — Хашеми Таба, который не только состоит в партии «Каргозаран» покойного экс-президента Али Акбара Хашеми Рафсанджани, но и поддерживал оппозиционных кандидатов на скандальных выборах 2009 года.
Эбрахим Раиси и мэр Тегерана Мохаммад Багер Галибаф на этих выборах представляли «Народный фронт сил исламской революции» — организацию более чем умеренно консервативного толка, сформированную в конце прошлого года. Но когда из-за острой критики партия признала, что репутация Галибафа достаточно подмочена, мэр Тегерана снял кандидатуру в пользу своего коллеги Раиси. Действующие президент и вице-президент не постеснялись напомнить Галибафу о разбазаривании городской собственности стоимостью 22 трлн иранских риалов (примерно $678 млн) в пользу членов городского совета и приближенных лиц.
После избрания в 1989 году рахбаром (высшим руководителем Ирана) Али Хаменеи границы между различными группами консерваторов оказались достаточно размытыми. Но период президентства Махмуда Ахмадинежада (2005–2013), напротив, способствовал разобщению этих групп. И другой консервативный кандидат на выборах 2017 года — бывший министр культуры (1994–1997) Мостафа Мирсалим баллотировался при поддержке Исламской коалиционной партии. Во время своего пребывания на министерском посту в период президентства Рафсанджани , что «СМИ не умеют использовать данную им свободу», имея в виду нападки на власти Ирана, и даже приостанавливал работу нескольких изданий. Голосовать за такое политическое прошлое иранцы на этот раз точно не собирались.
Потомок Пророка
Многие считают, что истинной целью участия Раиси в выборах был не пост президента, а борьба за роль преемника рахбара. Все-таки пост президента в некотором смысле второй в стране. Начало этим слухам было положено, скорее всего, близким к Корпусу стражей исламской революции (КСИР) . Реформисты, со своей стороны, старались обратить внимание на причастность Раиси к репрессиям 1980-х годов.
Раиси — фигура колоритная. Вес ему придает как занимаемый им пост руководителя крупнейшего исламского фонда «Астан-е Кудс-е Разави» (из чего следует, что он человек, облеченный доверием духовного лидера), так и его черная чалма, означающая, что он сеид, то есть потомок Пророка. Для определенной части электората, которых на поверку оказалось целых 15 млн, это имеет значение.
Хотя многие западные СМИ рассматривали Раиси как фаворита духовного лидера, Хаменеи сохранял нейтралитет, лишь призывая граждан проголосовать. Но если Раиси неожиданно появился в этом году лишь для того, чтобы быть представленным в качестве возможного преемника, кто же в действительности был кандидатом, получившим негласную поддержку Хаменеи? Судя по всему, им все-таки оказался нынешний президент, завоевавший 57% голосов избирателей.
Внешняя политика
Победив на выборах, Рухани получил одобрение в том числе на продолжение начатого им внешнеполитического курса. В результате его действий для страны открылось новое окно возможностей. Было подписано соглашение по ядерному вопросу между Ираном и шестеркой международных посредников. Внешнеполитическое ведомство Ирана под руководством Мохаммада-Джавада Зарифа заговорило о возможной разрядке в отношениях с США. Сам Рухани поддержания мира на Ближнем Востоке и одобрял идею создания региональной системы безопасности. Примечательно, что не только заключение «Совместного всеобъемлющего плана действий» (СВПД) при поддержке и активном участии России, но и формирование стратегического союза с Москвой в сирийском конфликте произошло также при Рухани. Претензии Ирана на роль лидера региональной дипломатии доставили дополнительное беспокойство Саудовской Аравии, поэтому инициатива по урегулированию сирийского конфликта при посреднической роли Москвы и Тегерана встретила серьезное сопротивление со стороны арабских соседей Ирана.
Раиси, хотя и не выступал с четкой внешнеполитической программой, части голосов, похоже, лишился из-за жестко конфронтационной позиции. Все-таки СВПД позволил обеспечить частичное снятие санкций, которое хотя и не принесло пока радикальных перемен, но большинством несомненно рассматривается как достижение.
Впрочем, внешняя политика в Иране закладывается внутренней, и 15 млн человек, которые поддержали Раиси, — это немало. Часть из них проголосовали за обещанное увеличение пособий, часть — из особой религиозной лояльности, а часть, вполне возможно, и против внешней политики правительства Рухани.
С самим Рухани тоже не все окончательно ясно, поскольку сложно определить, кто, отдав ему голос, просто проголосовал против Раиси и последствий его прихода к власти, а кто с восторгом поддержал осуществлявшийся в первый срок курс. То, что 16 млн из 56 млн человек, имеющих право голоса, вообще не явились на избирательные участки, — это тоже сильный внутриполитический фактор. Тем не менее пока иранцы все же проголосовали за надежду на многостороннюю внешнюю и относительно либеральную внутреннюю политику Рухани.
Точка зрения авторов, статьи которых публикуются в разделе «Мнения», может не совпадать с мнением редакции.