ЦБ установил строгие нормы для рынка розничного кредитования. И банки по разному адаптировались как к новой экономической ситуации, так и к правилам игры. Тинькофф Банк увеличил розничный кредитный портфель на 17%. Как компании удается сохранять такие темпы роста — в интервью корреспонденту телеканала РБК Елене Тофанюк рассказал основатель и председатель совета директоров банка Олег Тиньков
Интервью с Олегом Тиньковым
Видео: РБК
— Кризис прошел, ваш банк оценивается уже выше, у вас снова есть миллиард. Что дальше?
— Ну как кризис прошел? У нас философия, что мы всегда в кризисе. На мой взгляд, это очень недальновидная позиция: сегодня кризис — завтра не кризис. У нас такой подход в организации, что у нас всегда кризис. Когда мы стартовали десять лет назад, в 2007 году, был кризис ликвидности. Потом был 2014 год, потом кризис перекредитования — мы в перманентном кризисе. Я думаю, еще не один будет. Мы всегда готовы к плохому. Мы, конечно, рады, что рынок сейчас нас ценит лучше, чем ценил два года назад, но, я думаю, это не предел.
— У вас же вообще не было ни одного периода, когда у банка были бы убытки. Вы всегда были прибыльными?
— Банк запущен в мае 2007 года, тогда была выпущена первая карточка. Это ровно десять лет назад. Через полтора года мы вышли на прибыль, и с тех пор — уже 8,5 года — зарабатываем и вот с этого момента через год, через полтора года, через 18 месяцев, мы вышли на прибыль и на ежегодной основе, и на ежеквартальной. Единственный месяц, когда мы потеряли деньги, — январь 2014 года, когда была валютная переоценка. Все остальное время мы зарабатывали. Наша философия — зарабатывать много прибыли, растить капитал, платить дивиденды акционерам. Мы здесь вообще-то про прибыль. Когда мы смотрим на многих наших коллег — банкиров: непонятно, как они существуют, они годами теряют деньги. Даже некоторые пятилетиями теряют деньги.
— Сейчас, оглядываясь назад, вы можете сказать, какие решения были приняты из тех, которые позволили вам пройти этот кризис и не потонуть?
— Во-первых, у нас хорошая, стабильная команда. И мы по-серьезному относимся к рискам. Почему мы хорошо себя чувствуем? Потому что в кризис наши риски относительно конкурентов были достаточно хорошие, низкие. Потому что мы по-другому относимся к формированию портфеля. И мы до сих пор растем, но растем качественно. Проблема конкурентов — розничных банкиров заключается в том, что банками управляют менеджеры, а эти менеджеры заточены на получение бонусов. Это фундаментальная проблема банковской системы: собственников, которые сидят и занимаются бизнесом, очень мало. Совкомбанк — вот отличный пример, где все получается, потому что собственники занимаются сами. Ну и еще есть небольшие примеры, может быть банк Санкт-Петербург, где тоже собственник увлечен бизнесом. А в основе своей все отдается на откуп менеджерам.
Менеджеры существа, прямо скажем, не очень сознательные. Они выдают кредит, получают бонусы, и все у них хорошо. Потом приходят плохие времена и все это, извиняюсь, г, всплывает. Они все (банки. — РБК) и начали тонуть. А мы относимся по-другому, у нас стабильная команда, менеджменту, напоминаю, принадлежит 6% банка. Они мотивированы на долгосрочную перспективу. Если коротко сказать — у нас правильно организована мотивация для менеджмента — долгосрочная, а не краткосрочная, это ведет к тому что мы лучше проходим кризисы.
— Если говорить в целом про рынок розничного кредитования, как вы думаете, у розничных банков есть какое-то будущее?
— Население сейчас меньше закредитовано, чем в 2013 году, произошел делевередж за последние два года — люди расплатились с кредитами, часть списали. Кредитный бизнес цикличен по своей сути. Мы знаем, глядя на западные рынки, что цикл занимает 8-10 лет. Мы находимся в самом начале хорошего цикла, я думаю, ближайшие 5 лет ничего (плохого. — РБК) не будет. Все розничные банки начинают активно кредитовать, они сейчас перекредитуют, закредитуют, и через пять лет опять будет все тоже самое. Это нормальная цикличность бизнеса, к которой мы готовы, и ее прекрасно понимаем. Другой вопрос, что хотелось бы чтобы коллеги ответственно относились к выдачам, не выдавали бы большие суммы кому попало — мы вот, например, этим не балуемся. Но это вопрос риторический, опять же. Акционеры требуют, — менеджеры выполняют. Сейчас опять начнут раздавать бабки. Потом будут зализывать раны. В этот кризис ЦБ спас розничные монолайнеры, в следующий — они уже потонут окончательно.
— Кстати вы недавно выступали с критикой Центрального банка, говорили что он ведет слишком жесткую политику. Не поменяли свою точку зрения?
— Я не могу свою точку зрения менять каждые две недели. Я считаю что регулятор занял излишне жесткую политику в отношении розничных банков. Я верю в то что частный бизнес должен сам понимать кого он кредитует и как он кредитует. Если мы за годы доказали, что умеем кредитовать этот сегмент, — дайте нам его кредитовать, зачем нас ограничивать. Тем более, что этот сегмент есть, и если мы не будем кредитовать, то он будет уходить в микрофинансовые организации. И далеко не в те МФО (микрофинансовые организации. — РБК), которые мы знаем и которые на слуху. В регионах существуют криминальные&n