Руководитель Курчатовского научного центра академик Михаил Ковальчук — один из ярчайших российских учёных и организаторов науки. Если ранее Курчатовский институт занимался, прежде всего, проблемами ядерной физики, то сегодня в центре ведутся самые серьёзные исследования в сфере нано- и биотехнологий, создания новых материалов и лекарств, работает синхротрон.

"Курчатник", как его нежно называют старожилы, — сегодня действующая и очень эффективная модель возможной организации всей российской науки. Здесь знают, как распространить свой опыт на всю страну.

В боксах — как их здесь называют "горячих камерах" — проводят радиационные эксперименты. Ученые исследуют, насколько тот или иной материал устойчив к радиации. Заглянуть внутрь этой камеры можно через свинцовое стекло метровой толщины. Немного становиться не по себе, осознавая, что уровень радиации в боксе в разы превышает все мыслимые и немыслимые нормы.

"Здесь абсолютно безопасно, потому что здесь полный контроль за всем. Каждый имеет дозиметр. Здесь обстановка экологическая гарантирована больше, чем в городе, здесь за ней следят со всех сторон. Сотрудникам выдают много чего, в частности, питание. Молоко давали в советское время", — рассказал Михаил Ковальчук, президент НИЦ "Курчатовский институт", член-корреспондент РАН.

Сегодня "Курчатник" — так его называют ученые между собой — один из крупнейших научных центров России.

"Курчатовский институт фактически был нацелен на атомный блок — все разработки, которые есть в стране, вышли из Курчатовского института. Затем — атомная энергетика, ледокольный флот, подводный флот и так далее", — пояснил Ковальчук.

Атомный ледокол "Арктика" — первый из новой серии арктических установок. Благодаря нашим ученым Россия обеспечила себе лидерство не только в Арктике.

"Мы фактически предлагаем принципиально новый маршрут соединения Востока и Европы. Это Северный морской путь. Он интересен тем, что лежит в пределах только одного государства, которое полностью может обеспечить безопасность сопровождения, и залогом этой деятельности являются атомные ледоколы", — отметил Михаил Ковальчук.

Станции малой мощности — еще один проект Курчатовского института. По сути, это — атомная батарейка. От нее может работать целый поселок и даже город, она упростит работу гражданских и военных в Арктике.

Новые энергетические возможности, как и медицинские, — эти вопросы актуальны для всего человечества.

Реактор ПИК — своеобразный супермикроскоп, который будет просвечивать различные материалы, — мощнейший в мире. С его помощью можно будет найти пути лечения таких заболеваний, как болезни Паркинсона, Альцгеймера, аллергии и даже онкологии.

"Такого типа мощности реактор работает во Франции и Гренобле, он выводится из эксплуатации в ближайшие годы, подобного рода машин больше в мире не будет. Все прорывы в науке — получение новых материалов в медицине осуществляются на основе использования вот этих мегаустановок", — рассказал Михаил Ковальчук.

Реактор ПИК, который находится в Гатчине, — научный долгострой. Его начали собирать еще в 70-е годы, но после Чернобыльской аварии проект был остановлен. В 2011 году работы решили возобновить. Был успешно проведен физический пуск реактора. Сейчас мегаустановка работает, как здесь говорят, на нулевой мощности. Полноценно будет введена в строй в конце следующего года.

"Топливовыделяющий элемент. Специальный сплав, который выдерживает огромные радиационные нагрузки. Внутри находится топливо, грубо говоря, урановые таблетки. И таких вот маленьких элементов в реакторе порядка 4 тысяч. Они выдают колоссальную мощность", — сказал Ковальчук.

Но вернемся в Москву. Ядерный космический двигатель. Благодаря этой разработке научная фантастика может стать реальностью.

"До сегодняшнего дня полет в космос — это как Мюнхгаузен на ядре летал. У нас сегодня лучшие в мире двигатели. Они работают несколько сотен секунд, развивая первую или вторую космическую скорости, выводя ракету, спутник. Но после того как двигатель отработал, мы выкинули этот летательный аппарат. А представьте себе, если бы мы могли маневрировать, плавать внутри.

Мы могли бы выбрать астероид разумного размера, подъехать к нему, высадиться на него, поставить там, например, маленькие атомные станции и сделать базу, чтобы дальше двигаться в дальний космос. Для этого нужны принципиально новые двигатели. И эти двигатели есть", — сказал Михаил Ковальчук.

Подобные расчеты как раз делают при помощи суперкомпьютера — машины с безграничной производительностью, через которую проходят огромные массивы данных. Он способен выполнять 300 триллионов операций в секунду.

"Суперкомпьютер, помимо того что он осуществляет связь, поддержку всей нашей международной деятельности, еще и обеспечивает полные расчеты всего. Когда мы создаем какое-то изделие, реактор, например, или корабль, он в цифре создает с самого начала", — пояснил Ковальчук.

Термоядерный реактор ИТЕР во Франции. Мощнейшая установка лазерных свободных электронов в Гамбурге. Это мировые исследовательские проекты с приставкой "мега". И они возможны только при участии меганаучного исследовательского центра, каким "Курчатник" был и остаётся последние 70 лет.